Вновь звонит железная дверь, и по крыльцу ступает капитан Харлачев - усталый вояка из отряда, где Стриж провел последние два года. Анатолий, словно обретя вторую жизнь, приникает к бутылке закусочной, а старина капитан подбадривает его легкой улыбкой и предложением с головы до ног перекусить в своём шкафу....
Дом себе отгрохал двухэтажный, белый «мерседес» купил, личный шофер его возит.
— И чем же он живет?
— Торгашей трясет, марафет и браконьерство.
— Браконьерство? — удивился Стриж. — Он же вроде и удочки-то никогда в руках не держал."
"— А зачем ему это? На него целая флотилия работает. Сетями Волгу перегораживают. Ячея мелкая, берут только осетровых, на икру. Сейчас как раз нерест, каждый день к берегу такие подарки прибивает!
— А рыбнадзор?
Васильич горестно усмехнулся.
— Кого приручили, кого проучили. В прошлом году двоих инспекторов похоронили.
— Обнаглели!
— Еще как! Года два, и у нас совсем осетровых не останется.
— Про Гошку плохие слухи ходят, правда что ли?
— Говорят, — нехотя признался Васильич. — Но точно не знаю, он уже года два как не приезжал.
Игорь был на год старше Стрижа, друг детства. Вместе пришли в этот зал, бок о бок тренировались девять лет, были не разлей вода. Судьба нелепо развела их в разные стороны. Когда Игорь первый раз стал чемпионом Европы, Стриж смотрел его финальный поединок вечером по телевизору. А утром снова налег на лопату и мастерок. Какому дураку пришло в голову послать кандидата в мастера спорта в стройбат, неизвестно. Бился Стриж в этой клетке два года, но даже в спортроту не смог попасть.
На стене висело несколько фотографий, Стриж поднялся с места, подошел посмотреть.
