Автор
В книге "Порочные сверхурочные" читатель окунется в атмосферу непредсказуемых и ошеломляющих оргазмов. Автор дарит подробные описания страстных балований, заставляя героя буквально задыхаться от желания, когда она готова признать себя заложницей его властной руки.
Я просто выключаюсь, успев загадать напоследок проспать хотя бы пять часов и проснуться без члена в каком-нибудь отверстии.
А проснувшись, я осознаю все последствия «романтики».
Глаза я открываю, когда за окном во всю светит летнее солнце. Поднявшая меня нужда гонит в туалет.
Ну как «гонит»? Пошатываясь и морщась, я бреду по стеночке.
Блин, босс обещания выполняет, я реально еле иду. Его «ходить не сможешь» реализовано.
А в туалете выясняются и другие пикантные моменты. Попка ноет, щелка горит. Меня будто туда пчелы всю ночь кусали.
После секса с бывшим таких ощущений не было.
Да чего уж там. Там и во время секса разница феноменальная…
А это, видимо, расплата.
Почему в эротических романах про такое не пишут? Я б, может, была готова…
В зеркало смотреть вообще страшно.
Никто не сушил вчера мои волосы после душа, ну и результат в отражении соответствующий. Губы распухшие, под глазами круги.
Если прикрыть засосы на груди, я — наглядный пример того, что переработка — это плохо.
Зато сколько материала насобирала. И все за один день. Можно прямо сборник выпускать. А то и диссер защитить.
Тут же в ванной обнаруживается мое платье, пережившее вчера нелегкие времена. Натянув на себя красную тряпку, я так же по стеночке выползаю из ванной и встречаю за дверью заспанного и лохматого Соколова, подпирающего косяк.
— Корниенко, ты прирожденная обломщица, — сварливо обвиняет меня он.
— Что не так? — жалобно спрашиваю я, предчувствуя какие-то санкции.
— Ты куда намылилась?
— Домой. Но сначала я бы попила кофе… — робко прошу я.
— Сбегаешь? — прищуривает Дима.
— Ну так… Мне правда домой нужно.
Компресс поставить на перетрудившиеся места. И в кучку мысли собрать.
Потому что думать, когда Соколов рядом, все сложнее. Феромоны он, что ли, излучает. Или что-то другое.
Сейчас я никакого секса не хочу. Сыта по самую маковку.
Зато хочется прижаться к нему и лапать эти волшебные мускулы, тереться о жесткую щетину и трогать его волосы.
А он мой босс.
А я тряпка.
Посверлив меня взглядом, ДК идет на кухню, а я плетусь за ним, гипнотизируя взглядом идеальную трапецию, бережно пакуя этот образ в дальний уголок памяти.
Сонный Дима выглядит по-домашнему. Варит мне кофе, делает яичницу, добавляя мне комплексов. У меня вот не так вкусно никогда выходит. То помидоры почернеют, то соль на зубах скрипит.
И утром я не выгляжу, как модель.
Гадство.
Настроение начинает портиться.
