В зале кресла скрипнули под ногами, замедляя прилив страсти Архипова. Еле слышный писк резко оборвался — дама в соседнем кресле заставила его выглянуть из укрытия. "Пороки и их поклонники" — заголовок, отраженный атмосферой закрытого клуба сомнительного барона, где каждый жест обладает скрытыми смыслами....
Архипов завел мотор, посмотрел в зеркало заднего вида на Тинто, потом в боковое на мокрую улицу и только потом на Машу Тюрину.
Они пила кофе короткими быстрыми глотками. Дула на него, крутила в пальцах горячую чашку, снова глотала и жадно откусывала от бублика, который держала в кулаке. Архипов пожалел, что не захватил с собой связку бубликов. Впрочем, он и этот захватил только потому, что его сунул Магомедов.
Владимир Петрович осторожно, чтобы она не облилась своим кофе, тронул машину, расплескал лужи, двинулся к выезду со двора.
Тинто оскалился и зарычал.
Перед выездом на улицу Архипов притормозил. Машин было мало, и он уже почти нажал на газ, когда в зеркале заднего вида мелькнуло что-то знакомое.
Сердце сильно стукнуло и взметнулось к горлу, а может, наоборот, провалилось в желудок.
Лизавета стояла посреди двора под своим клетчатым старым зонтом. Задние фонари его машины ее хорошо освещали. Она постояла, а потом помахала Архипову рукой – он только крепче вцепился в руль.
– Ты что? – спросила рядом Маша Тюрина и перестала откусывать от бублика.
Лизавета высунула руку ладонью вверх, подержала и решительно сложила зонт.
– Посмотри, – прошипел Архипов, – посмотри туда, скорее!
– Куда?!
– Туда! – Он схватил ее за шею и повернул голову. Она сморщилась, он сделал ей больно. – Вон, смотри!
– Лужи, – сказала она, – и больше ничего.
Архипов тоже посмотрел. Лизаветы не было.
– Мне показалось, – произнес он с трудом, – мне в последнее время что-то кажется такое… странное.
Маша смотрела на него во все глаза.
– Поехали, – скомандовал он, как будто за рулем сидела она.
“Дворники” мотались по сухому стеклу, неприятно скрипели. Архипов их выключил.
* * *
Допив кофе, она вдруг уснула прямо с чашкой в руке и проснулась ровно через пять минут.
– Спи, – велел ей Архипов, – ехать еще долго.
– Я боюсь, – призналась она, – ужасно. Куда мы едем? Зачем?
Архипов вздохнул. Фосфорический свет приборной доски делал ее похожей на узницу концлагеря.
– Ты не бойся, – посоветовал Архипов. – Самое главное мы уже сделали. Мы тебя нашли.
– Как?! Как вы меня нашли?
– Я был в Чертанове, – признался Архипов, – и видел тебя и еще двух каких-то… умников на “Мерседесе”. Я прямо перед вами стоял и все видел.
Она посмотрела на него. Выражения глаз было не разобрать в зеленом, каком-то подводном свете.
