В глубоких затащенных в каменные стены летах Канта жили-поживали люди, забыв о современности. Страшные сны и мрачные предчувствия разносились по тесным коридорам, заставляя каждого делать нечто, что казалось невозможным — воскрешать безвозвратную прошлость. Но ведь пораньше, если бы сразу! Никто не знал, как вернуть время к тому дню, когда утраты стали невосполнимыми....
— Струнный квартет приглашён?
— Боюсь, что нет, — сказала Мура тоже немного виновато.
— Ерунда! А гости? Гостей должно быть не меньше трёх — по числу граций, и не больше девяти — по числу муз.
— Нас получается больше, — призналась Мура.
— Это не слишком удобно для беседы, — огорчился Кант. — Но в новогоднюю ночь любые увеселения идут на пользу душе!..
— Да, — поддержал его Бессель, — кругом веселье! Смотрите, какие украшения из лампочек на соборе. В наше время…
— В наше время, — перебил Кант, — и лампочек-то никаких не было!.
— Холодно, — заметил Бессель. — Пройдёмся? Впрочем, у меня припасено кое-что!
И он вынул из-за пазухи плоскую фляжку с завинчивающейся крышкой.
— Первоклассный кёнигсбергский шнапс! — объявил знаменитый математик. — Старые запасы. Ну? За Новый год?
— За Новый год, — согласился Василий Васильевич растерянно.
И они выпили — по кругу, как студенты.
— Фрейлейн, — начал Бессель, вытирая рот тыльной стороной ладони, — то есть, прошу прощения, к вам нынче следует обращаться фрау! Фрау инженер, вы в самом деле хотите вызвать нас с Иммануилом сегодня ночью?
Мура опустила глаза.
Бессель переглянулся с Кантом.
— Нет, мы придём к вам потолковать, если пригласите, но всё же не в новогоднюю ночь!
— Извините меня, — прошептала Мура. — Я ещё многого не знаю.
— Ничего, ничего! — Кант ободряюще похлопал её по руке. — Вы постепенно всё узнаете!.. Мы придём завтра! Завтра будет отлично, вы согласны, Фридрих? Мы посидим у камина при свете зимнего дня, выпьем горячего пунша и потолкуем о приятном!
— Спасибо, — сказала Мура.
— Я люблю свой старый дом, — признался Бессель, — это прекрасно, когда в старом доме празднуют! Это значит, что дом живёт! Впрочем, вам нужно идти, молодые люди. Сейчас вам будут звонить с новогодними поручениями.
— Забыли хлеб, — пояснил Кант, деликатно понизив голос. — И зелёный горошек. Он был куплен заранее, но его только что съел пёс. Баночку поставили на самый край стола, а пёс вскочил на стул, и вот, вышел конфуз.
— Нам нужно идти! — Мура потянула за рукав Василия Васильевича, который стоял, как вкопанный. — Слышишь, там Жека что-то съел!..
— До завтра, — пробормотал Меркурьев.
Они пошли к мостику, соединяющему остров Канта со всей остальной планетой.
— Они завтра явятся к нам выпить и посидеть перед камином? — уточнил Меркурьев.
— Ну да, — согласилась Мура.
В кармане у Василия Васильевича затрясся мобильный телефон.
