Автор
В полдень Лыков вышел на крылечко, где Благов уже ждал его в кабинете. Темное небо казалось сплющенным бликом приближающейся войны, а стук колокола – сигналом к решительной авантюре. В этот день он узнает, что стал невольным свидетелем событий, которые будут вписаны в историю Пули с Кавказа....
Дервиш сдёрнул с плеча винтовку и навёл на него.
– Ты не смеешь меня убить. Шейх этого не одобрит.
– Я выстрелю тебе в ногу. Могу попасть в кость – лучше не серди меня!
Лыков упрямо сделал два шага к горцу. Ещё столько же – и он допрыгнет. Аз-Захир щёлкнул затвором:
– Не дури.
Алексей, глядя прямо в дуло винтовки, сделал ещё шаг. Дервиш прицелился ему в ляжку. Вдруг сзади мелькнула большая тень, и горца словно ветром сдуло с седла. Он растянулся на камнях, а над ним невесть откуда появился Мелентий Лавочкин с занесённым для удара кинжалом.
– Не бей! – успел громким шёпотом остановить его Лыков. Казак послушно застыл, но руку с клинком не опускал. Он грозно пучил глаза и только ждал команды прикончить горца.
Алексей наклонился над поверженным дервишем, снял с него пояс с белым оружием[137], подобрал с земли винтовку, а с седла забрал патронташ. Аз-Зазир не сопротивлялся, молча глядя на коллежского асессора снизу вверх."
"– Передай великому шейху мою признательность, которой нет границ.
Горец с достоинством поднялся, отряхнул черкеску и прыгнул в седло.
– Я оставлю твоё оружие у старосты аула Дагбах.
Аз-Зазир кивнул и быстро уехал прочь. Лыков обернулся к Мелентию.
– Спасибо и тебе. Ты как здесь оказался?
– Как мы с Панченковым прорвались, то и разделились. Он пошёл в Дидо, а я решил возвернуться, к вам пристать. Вот и пригодился!
– Ещё как пригодился, чертяка! Пойдём теперь, вызволим подполковника Таубе и капитана Ильина.
– Бусурманское семя… – пробурчал Лавочкин. – Ведите, вашвысокобродь. Выручим своих.
Лыков, взяв в руки заряженную винтовку, снова ощутил внутри привычную уверенность. Страх и растерянность прошли; он готов был теперь порвать врагов на части. Вдвоём они подкрались к пещере. На камнях сидели два абрека в драных бешметах и уплетали вяленую баранину.
– Это для наших. Ты, Мелентий, со мной внутрь не ходи. Карауль выход. Кто чужой оттуда выскочит – бей без пощады.
– Есть, Лексей Николаич!
Лавочкин занял позицию за валуном. Лыков изготовил «бердану» и стремительно ворвался в пещеру.
Первым делом он сбил в костёр пару гревшихся возле огня разбойников. В глубине пещеры засуетились.
