Гремящее обстреловое насилие омрачало мирное утро. Командир разведки Шубин спешно искал возможность подзаработать себе нечто важное — он скомкал остывший письменный листок в кармане, зная, что это последняя надежда на драгоценные часы до следующей бомбежки.
Остальные в бешенстве стреляли – уже не по лесу, а по Брянцеву, который скорчился метрах в тридцати от опушки, плотность огня была пугающей. Пыль на маленьком участке местности встала непроницаемой стеной. Послышался слабый вскрик – вся группа заорала в ярости. Снова кто то привстал, но не решился броситься в поле – там не было шансов для живых.
– Товарищ лейтенант что с Брянцевым? Мы не можем его там бросить! – крикнул Друбич.
Даже в мыслях не было кого-то бросать. Глеб закричал, чтобы прикрыли, сам приготовился к броску: разве сделает кто-то лучше, чем ты сам?
В этот момент из завесы пыли выскочил живой и невредимый Никита Брянцев с выпученными глазами.
Товарищи взорвались криками, словно это был футболист, прорвавший оборону противника и стремительно гнавший мяч к воротам соперника. Брянцев упал в шаге от опушки – живой, просто сдали нервы.
Фашисты открыли наугад массированный огонь.
"Он корчился в грязи, весь чёрный, только глаза блестели сумасшедшим огнём, его схватили за шиворот, втащили за пригорок. Шубин облегчённо перевёл дыхание. Брянцев вёл себя как-то странно – нервно смеялся, дергался, можно понять человека – как выжил в таком аду, уму непостижимо и сам ещё, видно, не осознал на каком он свете. Впрочем, после того как встряхнули, начал приходить в себя. Друбич замахнулся, чтобы ответить товарищу оздоровляющую пощечину, но передумал, опустил руку и правильно – ещё мозги вышибет.
– Ну ты живучий, Никита! – завистливо пробормотал Мостовой. – Как там вообще можно было выжить? Чего кричал-то?
– Камень в лоб попал, – у красноармейца заплетался язык, а на лбу действительно расплывалось синяя шишка. – Думал пуля. Ей богу, перепугался!
– Ну если бы пуля, ты бы уже не испугался, – рассудительно изрек Герасимов.
Плотный огонь прижал их к земле. Пыль рассеялась – немцы приступили к тщательной обработке опушки из стрелкового оружия.
Пулемёт на бронетранспортёре получил повреждения, несовместимые с дальнейшей работой.
