В густом шарсе семейной усталости и бренда мужского пренебрежения, две женщины - одна молодая и энергичная, другая старшая и мудрая - сцепляются за своего сына. В кабинете директора, где Миш подавленно слушает предложение об измене от Ирины, а я вхожу случайно, пытаясь найти золотую середину между двумя страстями....
Щеки тоже ярко-розовые.
— Давай снимем кофточку.
Жду, пока Марк поднимет руки, и стаскиваю с него лонгслив. То же проделываю и со спортивными штанами.
— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
Марк жалобно всхлипывает, и я тут же вылезаю из-под одеяла, поудобнее укладывая ему под голову подушку.
— Мама сейчас придет. Градусник возьму и вернусь. Хорошо.
Сын кивает и прикрывает глазки.
Набрасываю халат на сорочку и бегу на кухню. Щелкаю выключателем и вытаскиваю из ящика аптечку. Роюсь в ней в поисках градусника и вообще наличия лекарств от простуды, которые подойдут для ребенка.
Шлепая босыми ступнями по ступенькам, возвращаясь в спальню."
"Снова тревожу ребенка, засовывая ему под мышку градусник. Сама же хожу по комнате из угла в угол. Только простуды нам не хватало. Когда он только успел?
Слышу характерный писк и вытаскиваю градусник. Тридцать девять и два.
Вообще, Марк у нас никогда не температурит. Максимум тридцать семь. Даже когда зубы резались, особых проблем не возникало. Поэтому, когда я сейчас смотрю на градусник, впадаю в легкое оцепенение.
Нужно вызвать врача.
Пока ищу телефон, снова чувствую тошноту, резко наклонившись к тумбочке, и наконец-то нахожу смартфон.
Пока вызываю врача, глажу сына по спинке. Он весь мокрый, горит.
Кусаю губы и смотрю на часы. Сказали, через полчаса приедут. Сажусь рядом с Марком и жду. Сердце не на месте.
Сын выглядит таким беззащитным…
Мишины шаги слышу сразу. Князев толкает дверь в мою спальню, и я тут же прикладываю палец к губам.
— У него температура тридцать девять. Я вызвала врача. Сказали, через полчаса приедут. Где он умудрился простыть? — смотрю на Марка через щелку в двери и обнимаю свои плечи руками.
Князев смотрит на часы. Похоже, он спал в одежде. Нас всех сегодня вырубило, как по команде.
Оставшиеся двадцать минут мы оба сидим рядом с сыном. Молчим.
Я стараюсь не смотреть на Князева, все мое внимание занимает Марк, но иногда взгляд все же дотягивается и до Миши.
По истечении сорока минут никто так и не приезжает.
Миша матерится полушепотом и выходит из спальни. Слышу, как разговаривает по телефону, где-то отдаленно.
Когда возвращается, сообщает, что на трассе произошла большая авария и почти все машины скорой помощи подтянули туда.
— Проще самим съездить в больницу.
— Да. Хорошо.
Растерянно смотрю на кровать и не знаю, за что хвататься.
— Оденься пока. Я его в одеяло заверну.
Киваю и бегу в гардеробную.
