На Белом море и среди лесов, где росли куропатки и другие хвойные деревья — отвращающее описание Алешкиной тетради по русскому языку. Сюда приходят люди, чтобы спасти тех, кто окаменел в детстве, погруженный в тумане безвыходности.
Море было спокойное, ночь – светлая: луна взошла. И настроение было бы прекрасное, если бы не тревога за Диму.
Приблизившись к берегу, папа повел лодку вдоль него, сильно сбавив обороты. Он не боялся проскочить мимо Горячей скалы – она очень приметная, далеко выступает в море огромным пузырем, – он опасался налететь на прибрежные камни. Тогда недавняя победа быстро превратилась бы в жестокое поражение."
"Горячая скала была недалеко. А за ней, в маленькой спокойной бухточке, стояла на якоре наша лодка. Папа заглушил двигатель, и моторка мягко ткнулась в борт нашего родного корабля.
Все наши вещи были целы, только часть продуктов пропала – бандиты сожрали.
Родные и близкие перебрались в лодку и отдохнули до рассвета. А с первым лучом солнца вытащили бывшую «Чайку» на берег, позавтракали консервами из неприкосновенного запаса и подняли паруса.
Пошли искать и выручать Диму. Он в этом очень нуждался…
Глава XVI
Во мраке подземелья
Я уснул со страхом, а проснулся от холода. Развел костер одной спичкой – папина школа.
И я понял, что окончательно заблудился.
(Потом, когда мы встретились, папа объяснил, что скорее всего на стрелку компаса могла повлиять залежь какого-нибудь железняка. Если бы я не вздумал сократить путь, все было бы иначе. Хотя, кто знает, что лучше…)
Утром исчезли все ночные страхи, нога почти не болела и я вспомнил очередной папин совет: выбираться к морю.
На этот раз мне повезло – часа через два я услышал крики чаек и, ободранный и усталый, вышел на берег. Присел на бревно. Вспомнил правило номер три: в трудную минуту не паниковать, собраться с мыслями и действовать.
Действовать особо было нечего. Надежда одна: что вблизи берега пройдет какое-нибудь плавсредство и окажет мне помощь.
И я подготовился к этому. Сложил в кучу сухой плавник, навалил на него сырой мох. Прикрепил к своему посоху кусок брезента – получился флаг терпящего бедствие. Как начну им махать, так со всей акватории Белого моря сбегутся ко мне на выручку рыболовецкие боты, зверобойные шхуны и иные суда.
Отдохнув, я решил позаботиться о пропитании, так как мои запасы кончились еще утром.
