Сладкая для Палача — это жареная уcatch-хајт о заключённом, который не выжил в условиях палача. В новогоднюю ночь беглец попадает в камеру временного содержания, где холодно и сыро, словно зверушка в клетке. Подглядывая за тюремщиками — тоже несчастными служителями закона, которые недовольны праздничным дежурством, герой жаждет выбраться на свободу. Атмосфера мрачна и пугающе-жестокая, в ней царит острый хлопотный ритм жизни заключённых....
Он хочет меня!
Так же сильно, как хочу его я!
Я прикусывала его губы, терлась щекой о щекотавшую щетину и не могла перестать целовать, ощущая, как он весь отдается мне в ответ.
Так же открыто и безудержно, как и я ему.
— Конфетка. Сладкая… — шептал Марс, словно опьянев, покрывая поцелуями мое лицо, шею, плечи, и придерживал горячими большими ладонями за талию, когда спустился губами к груди, а я тихо ахнула, чуть откидываясь назад.
Че-е-ерт, как же с ним было хорошо!
И правильно.
Несмотря на свое возбуждение, Марс касался меня с такой нежностью, что сердце щемило.
Он не накидывался голодным зверем.
Не пытался причинить боль, хотя ему явно не составило бы труда сделать это.
Он сдерживался настолько сильно, что я ощущала под своими ладонями, как подрагивают его мощные плечи и торс в попытках не торопиться и всё сделать так, чтобы было хорошо в первую очередь мне.
А я не могла перестать касаться его, наслаждаясь каждым прикосновением к его большому жаркому телу.
Утопала в восторге и едва могла поверить, что всё это по-настоящему, а не плод моего шального воображения.
Раньше я думала, что мне неприятны прикосновения к груди.
Возможно, потому, что сосочки были слишком чувствительными.
Но когда губы Марса сомкнулись и чуть придавили, по позвоночнику прошла волна жара, отчего я не успела проглотить свой тихий стон, выгибаясь в его руках.
Он словно знал мое тело лучше меня самой.
Каким-то непостижимым образом чувствовал всё то, о чем я даже не догадывалась раньше.
И меня оглушала трепетом мысль, что всё я прохожу впервые именно с ним.
Всё, что было до него, отныне не считалось.
Потому что только с ним я впервые познала, как это прекрасно и завораживающе — когда тобой дорожат.
Когда о тебе искренне заботятся.
Я зарылась пальцами в его густые волосы, подавшись всем телом навстречу этим горячим чувственным ласкам, когда его пальцы скользнули между моими бедрами и коснулись лона, поглаживая влажные, горячие от истомы складочки.
Марс не торопился, но я ощутила собственной кожей, как хрипло и рвано он выдохнул, а затем задержал дыхание, скользнув двумя пальцами внутрь.
Не переставая ласкать губами грудь, он двигал пальцами, растягивая меня, подстраивая под себя и даря настолько неожиданно яркие эмоции, что я и подумать не могла о том, что будет вот так! Сладко, умопомрачительно!
И я двигалась сама за его умелыми пальцами, которые разжигали во мне огонь такой силы, что в какой-то момент в легких просто стало не хватить воздуха.
