Сладкая для Палача — это жареная уcatch-хајт о заключённом, который не выжил в условиях палача. В новогоднюю ночь беглец попадает в камеру временного содержания, где холодно и сыро, словно зверушка в клетке. Подглядывая за тюремщиками — тоже несчастными служителями закона, которые недовольны праздничным дежурством, герой жаждет выбраться на свободу. Атмосфера мрачна и пугающе-жестокая, в ней царит острый хлопотный ритм жизни заключённых....
Не было искренних улыбок медсестер, которые не просто работают, а служат своей профессии всем сердцем.
Здесь хотелось поежиться и поскорее убраться из этого места.
Вниз. Туда, где не было этой пластиковой красоты, но были чистые помыслы и искренние сердца.
И Лилу чувствовала себя в этом отделении неуютно.
Она напоминала воробышка, который нахохлился и был готов к войне, но пока не понимал, с кем именно воевать.
Я отыскал ее глазами сразу же.
Мою стойкую, сильную девочку, которая упрямо скрывала дрожь в теле и сидела на одном из диванов с прямой спиной, даже если ее колени мелко дрожали.
Я не успел позвать и обратить на себя внимание.
Она словно почувствовала, что я рядом, и обернулась, тут же остановившись взглядом на мне.
А я только и успел поставить на ближайший подлокотник дивана еду для моей Лилу, как она кинулась ко мне через весь коридор, запрыгивая буквально на ходу.
Я подхватил ее и прижал к себе, ощущая кожей, как колотится ее сердце и меня окутывает волной ее эмоций, в которых переплетались радость и боль, восторг и холодный страх, благодарность и паника.
Лилу не смогла сразу заговорить.
Цеплялась за меня руками и хрипло дышала, потому что боялась разрыдаться.
Не хотела показывать себя настолько слабой и уязвимой.А я целовал ее в холодные щеки и шептал:
— Всё будет хорошо, конфетка. Слышишь? Всё обязательно будет хорошо! Это я тебе обещаю, как большой Санта!
Лилу тонко всхлипнула и приподняла лицо, чтобы заглянуть в мои глаза с обожанием и верой, от которых внутри меня что-то задрожало тонко и хрустально.
Новое чувство, которого я не ожидал и пока не понимал, но чувствовал настолько остро и глубоко, что это сбивало с дыхания и мыслей.
— Ты действительно сумасшедший, Марсик. Ты просто неземной. Невероятный.
Девушка поцеловала меня в кончик губы.
Именно там, где была маленькая, но всё еще весьма заметная рана.
А затем в скулу, где красовался синяк.
И в шею, где увидела царапины."
"Лилу целовала каждую ранку, и из ее красивых глаз текли слезы, а я прижал ее к себе сильнее, не давая больше пошевелиться, и серьезно заглянул в лицо.
— Мне это было не сложно, слышишь! Помогать тебе и Лео в радость для меня.
Но она только сокрушенно покачала головой в ответ.
— Это же просто огромная сумма! Как я смогу отдать ее тебе?..
На мою широкую улыбку Лилу только удивленно похлопала мокрыми ресницами, и я прошептал, чуть касаясь ее губ:
— Сейчас совсем не время думать об этом, сладкая.
