История о женщине, чья безграничная любовь и забота о приемном сыне сталкиваются с охлаждением чувств мужа. Когда семейное благополучие трещит по швам, героине предстоит выбор между сохранением брака и собственным достоинством, пересмотрев понимание материнства и верности.
Раздел Chitat.online для книги «Сладкий хлеб мачехи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о женщине, чья безграничная любовь и забота о приемном сыне сталкиваются с охлаждением чувств мужа. Когда семейное благополучие трещит по швам, героине предстоит выбор между сохранением брака и собственным достоинством, пересмотрев понимание материнства и верности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о женщине, чья безграничная любовь и забота о приемном сыне сталкиваются с охлаждением чувств мужа. Когда семейное благополучие трещит по швам, героине предстоит выбор между сохранением брака и собственным достоинством, пересмотрев понимание материнства и верности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ты ж сама меня по тревоге подняла, а я не дома ночевал… Да ладно, сестрица! Чего там было фотографировать — никакого кайфа нет. Говорю же — серая моль! Вот если бы молодая была…
— Да тебе-то какая разница, папарацци хренов!
— Ну, уж не скажи… Молодух снимать очень даже завлекательно! У них лица такие восхитительные, когда они с твоим Вадимом кокетничают… Глазки горят, щечки пылают! А еще — изо всех сил стараются, чтоб на рожице обязательно интеллект присутствовал. Так забавно наблюдать… Вот объясни мне, идиоту, чего они в нем находят, а? Мужик как мужик.
— Да ты не поймешь, Кирюша, и не старайся. То, что есть в Вадиме, в тебе полностью отсутствует, природой не дано."
"— Да-а-а? — дурашливо хохотнул Кирилл, высоко поднимая красиво очерченные брови. — И что это во мне отсутствует, интересно? Козлиная натура, что ли? Так мне и не надо… Пусть на эту натуру молодые да глупые подсаживаются. Одно только странно: ты вроде тетка умная, продвинутая, а тоже, смотри, подсела…
— Ну да. Зелен, зелен виноград. Знаем. Проходили.
— Нет, мне и впрямь интересно, чего ты в нем нашла, в этом Вадиме? Вцепилась, как бультерьер в кусок мяса.
— Я не вцепилась. Если не забыл, у нас бизнес общий.
— Ой, не смеши меня! Бизнес общий! Да твоя доля в его бизнесе — фигушка на постном масле!
— Ну и что? Эта фигушка, между прочим, еще и на общей постели держится. А когда отношения двух деловых людей скреплены общей постелью — это уже успех. Для обоих, между прочим.
— Ну, для такого успеха можно кого и посолиднее присмотреть…
— Да? А ты не забыл, сколько мне лет, братец?
— А сколько?
— А ты напряги мозги, может, не все еще в сомнительных удовольствиях растратил. Когда ты родился, я уже, между прочим, школу заканчивала. И вообще, стыдно не знать, сколько твоей родной сестре лет…
— Да понятно, понятно! Завелась! Знаю я, сколько тебе лет. Может, я, наоборот, хотел комплимент сделать? Да ты и не выглядишь, как… как…
— Как сорокалетняя кошелка?
— Ну, типа да…
— Конечно, не выгляжу. Пока. Но скоро буду, наверное. Мой поезд уже идет, идет по платформе, уже набирает ход. И мне надо разбежаться и обязательно в последний вагон суметь запрыгнуть. Обязательно надо. Иначе — катастрофа.
— Не понял… Это твой козел Вадим, что ли, последний вагон?
— Ух, какой ты догадливый!
Коротко и зло рассмеявшись, Инга на секунду отвернулась к окну, потом снова сердито уставилась на брата. Разговор ей не нравился, явно не нравился.
