Страстная ночь становится роковой ошибкой, когда возлюбленный неожиданно появляется среди студентов университета. Преподавательница вынуждена скрывать свои чувства и огромное потрясение. Запретная любовь грозит развалить карьеру и жизнь, но сердце рвётся вырваться из плена лжи и притворства.
Раздел Chitat.online для книги «Сломанное сердце» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Страстная ночь становится роковой ошибкой, когда возлюбленный неожиданно появляется среди студентов университета. Преподавательница вынуждена скрывать свои чувства и огромное потрясение. Запретная любовь грозит развалить карьеру и жизнь, но сердце рвётся вырваться из плена лжи и притворства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Страстная ночь становится роковой ошибкой, когда возлюбленный неожиданно появляется среди студентов университета. Преподавательница вынуждена скрывать свои чувства и огромное потрясение. Запретная любовь грозит развалить карьеру и жизнь, но сердце рвётся вырваться из плена лжи и притворства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ты выздоравливай, Артём. Ой, я же тебе телефон твой принесла. Я его зарядила. Ты мне пиши, если что-то понадобится. Хорошо?
Больно на нее смотреть, но я все равно смотрю. Молча. Напряженно. Неотрывно. Как чертов мазохист.
Она кладет мою мобилу на тумбочку, встает.
– Спасибо тебе… ты спас меня.
Ну вот, поблагодарила. Теперь уйдет. Перезвонит своему клоуну и…
– Спасибо… – повторяет она и вдруг наклоняется и целует меня в сомкнутые губы. Совсем легко. Едва касаясь. А меня будто током прошибает.
Не успеваю опомниться, как она уже уходит. А у меня ощущение, что в груди разорвался снаряд. Больно, но совсем не так, как утром. Хуже в сто раз. Я лежу и пошевельнуться не могу. Губы горят. В башке хаос. Внутри печет нестерпимо. Орать охота. Что она со мной делает? Когда уже всё это закончится? Лучше бы она вообще не приходила. Больно нужна мне её благодарность! Карлсона своего пусть благодарит, труса конченного. Ловлю себя на том, что сквозь зубы мычу, как придурок.
Но тут же затыкаюсь. Потому что в палату вкатывает ведро уборщица и начинает орудовать шваброй. При этом что-то бубнит, о чем-то рассказывает. Я даже не вслушиваюсь. Скорее бы уже она домыла и укатила отсюда!
А она, как назло, намывает не торопится. А потом вдруг, кряхтя, наклоняется. Поднимает с пола какой-то листочек и протягивает мне:
– Глянь, нужное? Нет? Или выбросить?
Я смотрю – а это мой тест. Откуда он тут? Недоуменно переворачиваю и… залипаю.
Я даже не замечаю, когда уборщица домыла, когда ушла. Я почти не дышу. Я вижу только строчку, написанную Лериным почерком: «Я тоже тебя люблю».
53. Артем
Постепенно способность мыслить возвращается, ну, относительно. Я всё ещё в эйфории. А уж как я этот несчастный листочек заюзал: и понюхал, и обсмотрел. Он пах, кстати, Лерой, её парфюмом.
Повторил про себя: она любит, тоже любит…
И всё равно до конца поверить не мог. Это же фантастика просто!
Беру телефон и набираю сообщение: «Это правда?»
Ответь, что правда! Пожалуйста!
Но Лера молчит. Впрочем, она и сообщение мое не читает. Долго. Дольше часа. Я уже отчаяться успел. Ну и, конечно, напридумывал всякую ерунду.
Ещё Карлсон этот как гвоздь в голове. Как там ни крути, но он провел у нее ночь! А если у них всё было? Да наверняка же! Что они там, всю ночь в шахматы играли?
Блин, ну зачем я это вспомнил? Как представлю Леру с этим уродом, так кровь вскипает, а меня всего наизнанку выворачивает. Сука он! Ненавижу его больше всех на свете!
Но разве так возможно, чтобы она любила одного, а спала с другим? Или, может, она любит меня типа как брата? Такой прикол тоже бывает. Или вообще из жалости?
В общем, эти метания меня в конец вымотали."
"Я просто откидываюсь на спину и лежу, глядя в потолок. Пытаюсь заставить себя больше ни о чем не думать. А листок держу на груди, под ладонью.
