Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Потом такой возможности уже не будет. Пойдем? Обещаю не приставать к тебе.
— Я не хочу.
— Тьяра, не будь такой упрямой. Между прочим, ты все еще моя невеста. Помнишь?
— Невеста? И ты вот действительно готов жениться на мне? После все, что было? Или просто желаешь получить меня в свою постель?
Колебания. Не долгие, но все же… Тарин сомневался, этого нельзя было не заметить.
Раньше, до войны, она не решилась бы сказать такое в глаза.
— Я бы хотел, чтобы ты стала моей женой, Тьяра. Ты нужна мне.
Мэй поджала губы.
Не то, чтобы она не верила в искренность…
Не хотела. Как бы там ни было, но она не хотела.
— Твой илоец, наверняка, не предлагал тебе жениться, — фыркнул Тарин. — Он просто позабавился с тобой и вернул нам. Продал. Думаешь, ты была нужна ему? Ни один нормальный мужчина не отдаст женщину, которую любит.
— Он не мог предлагать такого мне.
Ренцо еще женат… Но дело даже не в этом, он все равно разводится с женой. Гильдия бы не оставила их в покое.
И потом, Мэй так стремилась домой. Она хотела домой, и он обещал вернуть ее.
— Не мог? Что же ему мешало?
— Гильдия пыталась отнять меня.
— А он не мог тебя защитить? Ти, зачем тебе мужчина, который не в состоянии защитить тебя? Что он может тебе дать?
Тарин разглядывал ее.
— Он обещал вернуть меня домой и вернул.
— А ты так хотела домой? Не остаться с ним, а домой? Ти, я пытаюсь понять… Я все пытаюсь понять, чем он так умудрился тебя зацепить? Что он может такого?"
"Это невозможно объяснить. Только почувствовать. Ренцо благородный, честный человек, он никогда не пытался воспользоваться своей силой и надавить на нее, он… Нет, самое главное она чувствовала сердцем, то, что этот тот самый человек, рядом с которым она может быть счастлива.
— Просто первый опыт, Ти? — Тарин подошел ближе. Он не пытался прикоснуться, но стоял так близко, что Мэй едва находила силы, чтобы не попятиться.
Тарин ухмылялся, с очевидным желанием доказать, что лучше быть может.
— Немного нежности, Ти? Я могу быть нежным. Или наоборот? Этот илоец быть твоим хозяином… только не надо так на меня смотреть, давай, называть вещи своими именами. Может быть, как раз это тебя заводило? Власть? — Тарин еще немного подался вперед, так близко, едва ли не касаясь, что становилось не по себе.
