Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Гильем сказал, что сеньора Элене еще не выходила, а дети уже собираются ехать на море, вместе с сеньоритой Филуменой, их нянькой. Да, на море, в такую рань.
— Посиди, ладно, — сказал Ренцо. — Я скоро вернусь. Только не бегай больше.
Не будет. Сегодня точно не будет больше бегать.
Окно кабинета на втором этаже, чуть в стороне над главным крыльцом. И Мэй могла видеть, как вышли дети с нянькой, а потом, чуть позже, Ренцо за ними. И как девочка сразу радостно прыгнула ему на руки, а мальчик… мальчик похож на Ренцо, как две капли воды, это видно даже издалека… он остался стоять на месте, насупившись, словно обижаясь.
Принесли кофе.
Ренцо вернулся примерно через полчаса, уже умывшийся и переодевшийся в чистое. Скоро должен был прийти представитель Гильдии, а потом Ренцо надо ехать обратно в лагерь и в Илой, еще много дел.
Но гильдиец появился только к полудню.
Зашел осторожно, словно присматриваясь, принюхиваясь даже.
— Как вы себя чувствуете, сеньор Лоренцо? — сходу поинтересовался он, на его круглом лице сияло искреннее участие.
— Отлично, инспектор, — пожал плечами Ренцо, поднялся, приветствуя. — А что, уже не должен?
— Кто знает, сеньор Лоренцо… Дальняя дорога, последствия долгой войны… — гильдейский инспектор говорил так вкрадчиво, мягко, словно уговаривая, и вдруг замер, разглядев, наконец, разбитую бровь. — Что с вами случилось, сеньор?!
Ренцо чуть сморщился, пододвинул еще одно кресло к столу.
— Поскользнулся в саду. Давайте перейдем к делу, вы и так задержались.
Гильдиец ожидал чего-то другого, но спорить не стал. Только глянул так странно.
— А сеньора Элене? — только спросил он. — С ней все хорошо?
— Все хорошо, — холодно сказал Ренцо. — Если можно — побыстрее, мне давно пора ехать.
Гильдиец подошел, поставил свой чемоданчик на стол.
— Это не долго, сеньор, — сказал он. — Ваши данные у нас есть, нужно только зарегистрировать сеньориту, как вашу подзащитную и активировать браслет.
— Давайте, — Ренцо стоял рядом, сложив на груди руки, и ждал.
Гильдиец открыл чемоданчик.
— Приложите сюда палец, сеньор Лоренцо.
Ренцо приложил. И тот кивнул удовлетворенно.
— Теперь сеньорита. Подойдите сюда.
Мэй послушно подошла.
— Давайте запишем, — сказал гильдиец. — Как вас зовут?
— Мэй.
— Мэй… а дальше?
— Запишите как Имэйдаль Луци, — сказал Ренцо, и на ее растерянный взгляд едва заметно улыбнулся. — Это обычная практика, Мэй, когда хозяин записывает под своим именем.
