Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Гильдии я тебя отдавать не обязан. Интересы Гильдии — это интересы Гильдии, а не Илоя. Только если будет распоряжение Сената… но его так просто не получить. Тогда им придется объяснять все про тебя… Там будет видно. Не бегай, мы что-нибудь придумаем. Если ты убежишь, они поймают тебя.
— Если не убегу, они тоже поймают.
— Ты собираешься бежать до самого Джийнара? Или надеешься прямо тут, в Илое, пробраться в приемную эмира, незамеченной?
Мэй не знала.
— Лучше на середине, — сказала она. — Здесь слишком много охраны и лишних глаз, а до Джийнара очень далеко.
Ренцо улыбнулся.
— Неплохой план, — он встал, заставляя Мэй подняться тоже. — Только хочешь, я кое-что покажу тебе? Иди сюда, — он притянул ее ближе, развернул в нужном направлении, показывая рукой. — Вон там, видишь? Поблескивает. Там сидит снайпер Гильдии. Тебя он, конечно, не убьет, но стрелять будет, скорее всего по ногам.
Мэй повернулась к нему.
У разбитой брови уже начал проявляться здоровенный синяк, вниз, по щеке скользнула капелька крови. Его глаза совсем близко… и глаза отчего-то смеются.
— Ты знал?
— Сверху их хорошо видно.
— Прости… — стало немного стыдно. Возможно, он спас ее. — Тебе больно, да? Ты сильно ударился?
Он улыбнулся уже совершенно открыто и весело.
— Ничего. Знаешь, сколько я с этого холма в детстве летал? Да не пересчитать. Это сейчас что-то неудачно, опыт потерял, — он усмехнулся. — Тут главное голову прикрыть и локти не расставлять, а то руку сломать можно. Синяки — ерунда. Пойдем в дом?"
"Улыбался, но руку ее не выпустил, так и держал до самого дома.
Совместных завтраков больше не будет. Поймала себя на мысли, что немного жаль. Ренцо ничего не говорил об этом, но Мэй прекрасно понимала сама. Теперь он будет завтракать с семьей, а ей за семейным столом — точно не место.
Ренцо привел ее в свой кабинет, посадил в кресло. Велел принести кофе и чего-нибудь перекусить для Мэй.
