Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
– Миша, я тебе на всякий случай говорю, поскольку ты никак врубиться не можешь: если мне поможешь, я тебе новые «Жигули» прямо сегодня куплю. «Шестерку»? «Семерку»? «Девятку»? На какую в автосалоне пальцем покажешь, та и твоя. Только найди Горецкого и приведи к Ползунову."
"Мне почему-то казалось, что, окажись Генка в Управлении, он тут же все расскажет и объяснит Ползунову. Что я и к двигателям никакого отношения не имею, и к автоматам этим дурацким – тоже! Как, впрочем, и ко всему остальному! Неужели Гена будет утверждать, что ничего не знал, и укажет пальцем на меня?! Да ни за что не поверю! Подло поступил, не вопрос, но подло поступать можно сознательно, с умыслом, как говорит Ползунов, и нечаянно.
Чем больше я думаю о Гене, тем сильнее начинает закрадываться подозрение, что кто-то в Риге, желая подставить Горецкого, сунул в перфораторы коробку с автоматами, чтобы его наказать.
И я сейчас живу надеждой на то, что Гена, не по своей воле, так в принудительном порядке, появится и все встанет на свои места.
Но как вспомню о бедном сержантике, на голове которого разлетелась бутылка шампанского… Нападение на сотрудника милиции при исполнении, побег из-под стражи. Два мало стимулирующих веру Ползунова в меня факта. Он же говорил – «нужно вас, пока вы от двадцати до пожизненного дел не наделали»… Накаркал, зараза… Я начала их наделывать уже спустя полчаса после его предположения.
– Ладно, – промямлил Миша, и мне опять стало его жалко. Будь проклята эта жалость! – мне тоже было себя жалко, когда я два месяца на этой одноместной кровати… с панцирной сеткой!..
