Лейтенант Соколов не задавал лишних вопросов ротному командиру — его подчиненный знал все больше, чем говорил на фронтовой кухне. Весна 1942 года уже уходила в память, а лето жарче обычного, раскаленные брони смотрелись как стальные призраки на фоне безоблачного неба.
Сейчас стрелять нельзя, а когда мост взорвется, немецкие танки и самоходки будут на расстоянии прямого выстрела. Но иного выхода нет. Без Бабенко с мостом не справиться. А он член экипажа, и, значит, экипаж его не бросит. Прорываться, так всем вместе. И погибать, если придется, тоже вместе.
Соколов захромал по мосту, придерживаясь за крыло немецкого танка. Омаев тут же повернулся с автоматом, но, увидев командира, удивленно замер на месте. Лейтенант приказал ему продолжать наблюдение, а сам подошел к краю моста, лег на настил и заглянул вниз.
– Семен Михайлович, вы как там? – позвал Соколов.
– Все, Алексей Иванович, – обрадованно глянув снизу вверх на командира, поспешил доложить танкист. – Полный порядок. Сейчас выберусь и можно взрывать.
Заработал двигатель «восьмерки». Танк стал выползать задом из своего окопа, выбрасывая из выхлопных труб струи сизого дыма.
Вдалеке ударили два орудийных выстрела. Над головой с шелестом прошли снаряды. Соколов ухватился рукой за ограждение моста и повернул голову. Нет, промазали! Танк Нечаева резко остановился, развернулся на месте на девяносто градусов и пошел, увеличивая скорость, по пустырю вдоль реки. Две немецкие болванки ударились в землю намного левее.
– Как в тире стреляют, – озабоченно сказал Бабенко, отряхивая колени. – А Петя молодец. Если удачно проскочит до лесополосы, немцы его потеряют из вида. Может и получиться.
– Руслан! – Лейтенант позвал танкиста, забравшегося на подбитый танк и наблюдавшего за немцами. – Давай, бегом к Логунову. Только держись насыпи, не высовывайся. Передай ему приказ открыть огонь по немецким самоходкам. Пусть отвлечет их на себя.
– А вы? – спросил Омаев.
– А мы взорвем мост!
– Я… – Чеченец замялся. – Я не могу без вас! Я не брошу…
– Руслан, ты что! – Соколов сжал руками плечи танкиста. – Ты никого не бросаешь, ты помогаешь своим товарищам. Смотри, Началов в каком положении. Если немцев не отвлечь, они его сожгут. Мы должны помочь. А с мостом мы сами управимся с Бабенко. Тут дел-то на две минуты. Подожжем шнур и бегом к вам. Ну, давай, Руслан!
– Есть, – напряженным голосом выдавил из себя Омаев.
