В ночном лесу шагает зверь со змеиным языком, выискивающим запахи добычи в предвкушении еды. Тело оленя-химеры покрыто слоем коры, и на его спине удерживается лишь когтевая решетка — готовясь к очередной молниеносной атаке на свою добычу.
Было нас сто пятьдесят человек, а вернулось тридцать два. Повезло нам, что зарядов у него всего два было, а то не ушел бы никто.
— Каких зарядов? — переспросил я.
— Ты чего, с луны свалился? Камней Силы заряженных у него было всего два.
— А, ты про это. Я просто сразу не понял, — увел я в сторону."
"«Блин, чуть не прокололся. Так вот для чего камни, которые Дирк везет», — мелькнуло в голове.
— Торвин, а что нам полагается из трофеев?
— Как что? Две трети. Треть тебе, треть мне, треть Дирку. Ты, кстати, решил, что с ними делать будешь?
— Пока не знаю, знакомых в Мэлоре у меня нет.
— У меня есть каналы, куда это добро можно сбыть. Я с Титлом добычу на продажу в Мэлор несколько раз возил, знакомые есть, задарма не продам. И вообще, я думаю, нам вместе держаться нужно. Ты боец сильный, может, и подвернется выгодная работенка.
— А что за развалины на той стороне границы?
— А бог его знает, разное говорят. Я пару раз с Титлом туда на поиски древностей ездил.
— Ладно, давай спать, разговоры оставим на завтра, — сказал я и пошел к фургону Дирка.
Возле фургона Дирк допрашивал Луция. Подошел я к самому концу допроса.
— Раскололся? — спросил я купца.
— Раскололся, — хмуро буркнул он в ответ.
Дирк был явно недоволен, что я застал его в тот момент, когда дядя перерезал глотку племяннику. Шаки быстро уволокли тело Луция, и я завалился спать возле фургона.
«Господи, как быстро человек ко всему привыкает. Еще вчера меня тошнило от вида крови, а сегодня у меня на глазах перерезали горло знакомому мне человеку, и даже волос не шевельнулся», — подумал я, засыпая.
Второй день прошел значительно спокойней. Народ уже отошел от пережитого, и караван катил по дороге, как будто ничего не случилось. Я по мере сил добывал из Торвина разную информацию об окружающем мире. Здесь на границе был рай для разного рода авантюристов и людей, прячущихся от властей, вроде меня. Торвин, наверное, уже догадывался, что я по какой-то причине скрываюсь, но вопросов на этот счет не задавал.
