В войну и послевоенный период - истории героических подвигов, шпионской хитрости и драматичных приключений. Струна времени тянется через секретные операции и беспрецедентные решения, оставляя за собой мощное эмоциональное пятно.
Старлей даже головой покрутил:
– Лихо у вас получилось, товарищ майор…
Я пожал плечами:
– Да нечем тут гордиться. Обычный генератор, в рабочем состоянии, горючего навалом. Пойдемте теперь осмотримся как следует, со всеми удобствами…
Итак, шесть столов – простых, рабочих, но сделанных с хваленой немецкой аккуратностью. Но то, что на них укреплено, – в таком состоянии, что невозможно и понять, что перед глазами.
– Это не наши, честное слово, товарищ майор, – сказал старлей. – Обычная пехотушка, царица полей, могла б и похулиганить сгоряча, но мы-то приказ помним прекрасно, и люди у меня смышленые…"
"Вот тут московский мальчик с двумя курсами ИФЛИ определенно угодил пальцем в небо.
Ага. Вот они, орудия производства, не брошенные на пол, а аккуратно, в рядок, сложенные у стены, – кувалда, кое-где в стеклянном крошеве, длинный лом и топор с обтянутым резиной топорищем – им и рубили кабели, что тут думать.
Стоял там еще рабочий стол. Перехватив мой взгляд, старлей торопливо сказал:
– Смотрели, пусто, ни единой бумажки, ни детальки…
Несколько массивных жестких кресел – не ровесники дома, но довольно старые. Ни одно не перевернуто. Высоченный тяжелый на вид шкаф у противоположной стены, метрах в двух от угла. Вот и вся обстановка.
