Сборник военных рассказов о героических и драматических событиях Второй мировой войны. Через судьбы простых солдат и офицеров автор раскрывает человеческие истории мужества, верности и жертвенности. Каждый рассказ — это воспоминание о людях, которые стояли на линии фронта и сражались за...
Раздел Chitat.online для книги «Струна времени. Военные истории» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник военных рассказов о героических и драматических событиях Второй мировой войны. Через судьбы простых солдат и офицеров автор раскрывает человеческие истории мужества, верности и жертвенности. Каждый рассказ — это воспоминание о людях, которые стояли на линии фронта и сражались за...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник военных рассказов о героических и драматических событиях Второй мировой войны. Через судьбы простых солдат и офицеров автор раскрывает человеческие истории мужества, верности и жертвенности. Каждый рассказ — это воспоминание о людях, которые стояли на линии фронта и сражались за...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Да что там, между нами говоря, самому пару раз случалось включать «легкую дуринку», всякий раз в общении с вышестоящим начальством. Иногда полезно, бывают всякие ситуации…
Хотя… Вполне возможно, ему именно на это задание начальство велело именно такую маску нацепить. И я бы ничуть не удивился, окажись он не капралом, а повыше званием, – поляки, хотя и доблестные союзники, иные свои секреты нам не раскрывали, как и мы, соответственно, им. В конце концов, я вместо своих майорских погон носил капитанские, Катя щеголяла не старшим лейтенантом, а младшим, да и те наши, кто работал с немецким радистом, волею начальства временно саморазжаловались, кто на звездочку, а кто и на две. Иногда это полезно – чем меньше офицер чином, тем он незаметнее и как бы легковеснее. Вполне могло оказаться, что и Ружицкому его начальство велело одну звездочку снять. Ну и, наконец, на инструктаже мне по секрету шепнули, что Ружицкий с Томшиком в подполье как раз и состояли в отделе, выявлявшем среди «конспирации» немецкую агентуру – а простягам такие дела не поручают…
С Сидорчуком обстояло чуточку по-другому. У него, как я уже знал давно (как-никак два года в одной группе), был свой пунктик: не забираться выше, чем он сейчас есть, остаться вечным старшиной. Дважды на моей памяти его пытались определить на офицерские курсы (и послужной список, и опыт, и награды), но он оба раза ухитрялся как-то увильнуть так хитро, мягко и ненавязчиво, что и не подкопаешься. В старшинах ему было уютнее. А с офицера, что ни говори, спрос сплошь и рядом больше…
В общем, прихватил Томшик свой неразлучный аккордеон (неплохо играл, кстати), и отправились наши унтера в деревню, в этот самый пресловутый центр цивилизации. По рожам видно – с большим воодушевлением. Действительно, не задание, а прямо-таки отпуск: попивать пивко на казенные денежки не ради фасады или слежки, а просто чтобы выцепить общительного болтуна и поболтать о том о сем. Как учит жизненный опыт, в любой деревне, а уж в трактире особенно, такой всегда сыщется, обрадованный новым лицам: односельчане-то наверняка все его шутки-прибаутки и забавные случаи из жизни успели наизусть выучить…
Ну, а нам, всем остальным, ничего не оставалось, кроме как маяться нешуточной скукой. Немцы с той стороны выходили на связь раз в два дня, шифровку, которую им следовало передать при следующем сеансе, Катя давно приняла из штаба фронта (куда она, конечно же, пришла из Москвы), я ее изучил на десять кругов (что как раз и входило в мои прямые обязанности). Очередной доклад о крайне недотепистых действиях «окруженцев» – чтобы там, на той стороне, чесались быстрее.
Как говорится, хуже нет ждать да догонять.
