Роман переносит читателя в двадцатые годы XX века, в эпоху НЭПа. В легендарном кафе "Домино" на Тверской улице пересекаются судьбы поэтов, художников и уголовников. На фоне противоречивых перемен в стране разворачивается напряженная драма о столкновении искусства и преступного мира.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Тени кафе «Домино»»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Роман переносит читателя в двадцатые годы XX века, в эпоху НЭПа. В легендарном кафе "Домино" на Тверской улице пересекаются судьбы поэтов, художников и уголовников. На фоне противоречивых перемен в стране разворачивается напряженная драма о столкновении искусства и преступного мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман переносит читателя в двадцатые годы XX века, в эпоху НЭПа. В легендарном кафе "Домино" на Тверской улице пересекаются судьбы поэтов, художников и уголовников. На фоне противоречивых перемен в стране разворачивается напряженная драма о столкновении искусства и преступного мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мы лейтенанта потащили, а Олег Алексеевич с двух выстрелов из нагана пулеметный расчет погасил.
– Неужто так стреляем? – удивился Тыльнер.
– Он, товарищ Тыльнер, из нагана все семь пуль в десятку кладет.
– И молчишь, – ахнул Тыльнер.
– А чем хвастаться, – спокойно ответил Леонидов.
– Но у немцев второй пулемет заработал. Меня подбило, – махнул рукой Шарапов, – а тут Его Благородие подполз. Я ему «…брось, ползи», а он в ответ «…москвичи земляков не бросают». И спас меня, за что ему вечная благодарность.
– Я за этот бой третий крест получил. А Олега Алексеевича не знали, чем наградить. Он же человек штатский был. Клюкву на шашку не положено. Думали дать гражданского Станислава третьей степени. А Генерал Брусилов иначе решил. Наградил его солдатским Георгием четвертой степени. Так я к Горомыслову и не попал. Давайте еще по одной.
Что касается ограблений. Так они в Москве в январе семнадцатого появились, – вмешался в разговор Андрианов. Все, как нынче. Удар, человек теряет сознание, у него забирают деньги.
– Мы выясним кто, – азартно включился Тыльнер. – Этим делом Казимир Кунцевич занимался. Его революционные матросы расстреляли на улице, а помогал ему Андрианов. Что скажешь, Орест Петрович?
– А что говорить, Архив Сыскной полиции разгромили. Скажу одно – след в военный госпиталь привел.
– Это важно, – обрадовался Николаев, – очень важно.
– Не зря мы сюда пришли, – сказал Леонидов, – чувствую, будет материал для газеты.
– Как найдем, так будет. Орест Петрович, – Тыльнер подсел к Андрианову, – может, все-таки вернетесь на службу ради жигана этого? А то он два раза в месяц людей глушит.
– Я же не мальчик, Георгий Федорович, отняли конфетку, потом другу дали, он и рад. Да и боюсь я на госслужбу идти.
– Почему, – удивился Тыльнер.
– На виду не хочу быть. Страшноватенькая житуха настала. А помочь могу.
– Как ты из Домкома своего поможешь? – Николаев выпил рюмку, отрезал кусок колбасы."
"– Ах и закуска у тебя, Михал Михайлович, знатная, – обратился он к хозяину.
– На том стоим, – гордо ответил Шарапов.
– Так как же ты нам помочь собираешься, Орест Петрович, – наклонился к Андрианову Николаев.
– А просто очень, Ваня. Когда лихие люди архив сыскной громили, я кое-что дома укрыл. Там посмотрю. Расскажу твоим сыщикам, где архивы госпитальные нынче. В Питер письмо напишу коллегам нашим, пусть в архиве Военного министерства список команды Горомыслова найдут. А вы пока ищите. Давайте выпьем.
Выпили, закусили.
– Вы, Орест Петрович, нам полный расклад поисков нарисовали.
– Главное, список команды капитана Горомыслова. Выясним, что лежал в госпитале в Москве – выйдем в масть.
– Дай Бог.
– Ну что же, – Тыльнер встал, – спасибо, Михаил Михайлович, за рассказ интересный, за стол необыкновенный. Пора нам.
