Автор
В тишине ночи раздается только скрип деревянных ступенек и тихий скреж засовов. Шорох приближается к изголовью кровати, нарушая сон. Удар — и ветеринарный анатом Максим Долматов пытается вытереть пот со лба, перед глазами все еще острое ощущение усталости и разбитого сердца. Так начинается новая жестокая смена дежурства в тюрьме мертвых......
Нет, ему было не плевать, как мне сначала показалось, он отчетливо прожевал каждое сказанное мной слово.
– Знаешь, да! Мне тоже кажется все это странным, я давно хотел с тобой об этом поговорить. И что, по-твоему, все это значит? – Вадик буквально засиял любопытством.
Я даже немного испугался такой резкой перемене настроения.
– Ну… Мне кажется, что это не просто тюрьма… – Я начал мяться.
Вадик смотрел на меня с широко раскрытыми глазами, губы его подрагивали, он был на взводе, я чувствовал это, он словно ждал от меня каких-то определенных слов.
Я боялся говорить, не знаю почему, что-то меня останавливало, но я пересилил это и рассказал Вадику все на одном дыхании."
"Он внимательно выслушал весь мой рассказ. Такой заинтересованности и серьезности я от него точно не ожидал.
Когда я говорил об избиении и о собственной смерти, он тяжело вздыхал и ахал, будто искренне мне сочувствовал. А в самом конце положил руку мне на плечо и сказал:
– Дружище, я тебе верю, вот честное слово, верю, не похож ты на балабола, да и после твоих слов все начало вставать на свои места.
Он начал бормотать себе под нос:
– Какой же я дурак, что сам это не увидел, тюрьма для мертвяков, да, подумать только.
Я выдохнул. С плеч наконец свалился тяжеленный остроугольный валун тайн и сомнений, я почувствовал невероятную легкость, меня услышали.
– Для начала мне нужна твоя помощь.
– Все, что потребуется, братан, не переживай, я тебе помогу!
– Спасибо, но давай все-таки будем делать вид, что работаем, иначе они быстро все поймут.
– Конечно. – Он помог мне подтащить сварочный аппарат.
Я достал электроды, а сам параллельно продолжал говорить:
– Мне нужно, чтобы ты в следующий свой выходной рассказал моей жене обо мне, – сказав это, я присел на корточки и начал приваривать пруток.
– Без проблем, вообще легко, не переживай, все сделаю. – Вадик так заболтался, что отпустил пруток раньше времени, тот оторвался и через секунду ударился о бетонный пол, громко лязгнув.
Я не видел этого, так как на глазах была маска, но мне показалось, будто я услышал легкое завывание, похожее на то, как воют люди, когда им больно.
– Аккуратнее!
Вдалеке послышались шаги охранника.
Вадик засуетился и в мгновение ока, подняв пруток, засадил его на место, а я сразу начал варить. Через минуту все было сделано. Суровая лысая физиономия холодно смотрела на нас сверху вниз.
– Готово, – отрапортовал я и начал собираться.
