Автор
Томление в Эйкебю, одном из заброшенных хуторов Гростенсхольма, носило в себе не только обычные долги и заботы, но еще и тонкие грани семейных уз и человеческих слез. Жизнь барона Дага Мейдена и его матери Шарлотты была наполнена тревогой и неприятностями, пока старая супруга не подросла и не привнесла в дом новую тайну и острое чувство долга....
Он долго стоял в темноте, глядя на двух спящих мальчиков.
Тронд проснулся и сел.
— Дедушка?
Тенгель присел на край постели поближе к мальчикам. Бранд тоже проснулся.
— Я пришел просто взглянуть на вас, — прошептал Тенгель. — И сказать вам, как вы мне дороги.
Дети обрадовались словам Тенгеля.
— Мы тоже любим тебя, дедушка. — И оба они повисли у него на шее. Так они долго сидели, обнявшись, и мальчики не заметили, что Тенгель плачет. Наконец, он ушел от них, пожелав им спокойной ночи.
— Скажите маме с папой, что я их тоже очень люблю, — шепнул он напоследок.
Силье не спала, когда он пришел домой.
— Как там? Как все завершилось?
Ее голос дрожал от нетерпения.
Тенгель нагнулся поднять шаль, которая соскользнула на пол. Голос не повиновался ему, и он пытался скрыть свое волнение.
— Все прекрасно!
— Конечно же, но расскажи все по порядку! У нас родился правнук?
Тогда Тенгель выпрямился и твердо произнес:
— Ну, разумеется! Чудесный здоровый малыш!
— Что ты говоришь! — обрадовалась Силье. — Совершенно здоров?
— Да, ни одного изъяна!
— А Суннива?
— С ней тоже все в порядке.
— О Тенгель, Тенгель! А мы так долго волновались, не зная, что нас ждет! Я всегда знала, что все будет хорошо. Как ты думаешь, я смогу сходить в усадьбу завтра? Навестить их всех в Гростенсхольме? И взглянуть на новорожденного?
Тенгель помедлил с ответом, стараясь справиться с волнением.
— Почему бы и нет! Только самой идти не надо. Ты поедешь туда в карете.
— О, как я счастлива! Ты о чем-то задумался?
— Да, Силье, мы должны отметить это событие! Возьмем-ка с собой бутылочку вина.
— Как? Пить среди ночи? — изумилась она. — Ну, хорошо!
Он остановился.
— Да… ты знаешь, я забыл сказать тебе, что Тарье говорил со мной об одном травяном отваре, который поможет тебе снять боль. И даже не только боль, а и саму болезнь может смягчить.
— Неужели это возможно? Но это великолепно. Должна тебе признаться, что в последнее время боль совершенно изводит меня.
Он погладил ее.
— Мы сейчас же испробуем этот отвар! Вместе с вином, чтобы было менее противно. Не спи пока, я сейчас все принесу!"
"Она снова улыбнулась. Тенгель заторопился и ушел в свой кабинет. Но там он искал вовсе не новое чудодейственное лекарство. Нет, он достал свои самые сильнодействующие яды. Из них он выбрал два. Один был наркотиком, вызывающим радужные видения.
