В тусклом пространстве, где лишь дыхание ветра и слабые мерцания света служат компаниями, зазвучала неуловимая интонация: "Эй, гараа-аж! Ау! Депресняк-я-я-як!". Комната наполнилась странным ожиданием и тревогой. Дафнись тихо смотрела на своего питомца — кота, мрачного и загадочного как сам сумрак....
Причем Даф хватало опыта, чтобы обнаружить в ее кокетстве чисто спортивный интерес.
Часов в семь все пятеро, включая Даф, собирались незаметно улизнуть из резиденции, не дожидаясь начала неприятностей, но Улита, выходившая из кабинета Арея с пачкой подписанных пергаментов, окликнула их.
– Прежде чем смываться в трубы московской канализации, выгляните осторожно за дверь! – посоветовала она.
Мефодий открыл дверь и выглянул, ощутив, как его лицо пронизало экран пятого измерения и вышло в реальный мир. Ощущение было странное.
То, что Мефодий увидел, было неутешительно. Прямо напротив входа стоял микроавтобус с затемненными стеклами. Трое мужчин, одетых в форму дорожных рабочих, топтались у открытого канализационного люка, почему-то не очень спеша спускаться вниз.
Мефодий вернулся в резиденцию и машинально провел рукой по шее, убеждаясь, что все его части тела вновь собрались воедино.
– Улита, почему ты думаешь, что с ними что-то не так? – спросил Мефодий.
– Я не знаю, сколько платят дорожным рабочим, но сомневаюсь, чтобы они могли позволить себе ковырять асфальт в кожаных ботинках стоимостью в пятьсот баксов. К тому же не совсем понятно, зачем им пистолетики итальянского производства? От крыс отбиваться? Нет, это мальчики Самцова! – заявила Улита.
– А если через черный ход?
– У черного хода еще двое. Правда, уже не такие модные, – сладко сказала всезнающая ведьма.
– И давно они там?
– Часов с трех, – произнесла ведьма, сваливая пергаменты к себе на стол.
– Меф, мальчик мой! Иди сюда! – окликнул из кабинета Арей.
Мефодий заглянул к нему. Арей, развалясь, сидел в кресле и ковырял в зубах ножичком для бумаг.
– Вы меня звали?
– Мне вот что пришло в голову.
"Мефодий уставился на заляпанное соусом пятно на стене, которое своими очертаниями напомнило ему вдруг Австралию.
– Тогда не стирайте руну, – сказал он.
– Разумеется, мы могли бы позвать Мамзелькину и выкосить неприятности под корень. Но это было бы слишком неинтересно. Мрак так не действует.
