Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Три Анны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Нехай бабы на моих похоронах позавидуют, какая я хозяйка запасливая.
В подтверждение своих слов баба Катя откидывала крышку сундучка и любовно раскладывала по лавке сокровища, необходимые каждому усопшему.
– Это рядно я ещё в девках ткала да белила, – хвастала Ане баба Катя, поглаживая льняную ткань, под которой сейчас лежало её тело. – Не забудь накинуть мне новый коленкоровый платок на голову. Срам со старьём на голове в гроб ложиться. А это, Анька, пятаки мне на глаза. Вишь, какие тяжёлые. Говорят, от времён царя Петра остались. Я их лет тридцать назад у одной странницы на перовую подушку выменяла. – Вспоминая удачный торг, баба Катя всегда делала паузу и со смаком рассказывала, как умасливала упрямую бабу поменяться с ней монетами. В конце разговора баба Катя бралась рукой за грудь и закатывала глаза:
– Сердцем чую, скоро эти пятаки мне пригодятся.
От таких слов Аня иной раз начинала плакать. На что баба Катя довольно говорила:
– Не плачь, Анька, все там будем. У Бога смерти нет.
«Вот они и пригодились, эти пятаки».
Словно боясь разбудить покойницу, Аня на цыпочках подошла к столу и, приподняв покрывало, заглянула бабе Кате в лицо. Два тёмных медных диска плотно лежали над скулами, навек запечатывая глаза, которые больше никогда не увидят солнца.
Гроб Анюта заказала плотнику Макару Егоровичу, отдав ему бабы Катины чугуны, сушёной рыбой отблагодарила пришедших на кладбище, а из овса сварила кутью на поминки.
– Без покаяния померла Катерина, – вздыхали бабы. – Вот она, новая власть. Сперва нашего батюшку забрали, потом церкву Божию разрушили, и хоть криком кричи. Помрёшь – зароют как собаку.
Но голой и босой душу новопреставленной рабы Катерины в Чертоги Божии сельчане всё ж не выпустили: хором пропели над могилкой тропарь «Со духи праведных» и «Вечную память».
Пели все: басил кузнец дядя Ерёма, подтягивала портниха Ненила – мать комсомолки Фимки, закрасневшись лицом, старательно выводила мотив соседка Матрёна, а уж бабина дружка Лукерья старалась так, словно её саму только что землёй засыпали и лапником забросали. От этого дружного многоголосья на Анину душу пролилось умиление. Она всех любила, всех жалела и прощала, даже вредную тётку Матрёну.
Много лет спустя Аня корила себя за то, что не сказала им, как их любит, как благодарна за этот нестройный хор над свежим холмиком весенней землицы. Но тогда, на похоронах, она, захлёбываясь от слёз, смогла связать лишь пару слов, пригласив соседей на скромные поминки.
В дом на порогах Аня пришла через три дня после похорон, уставшая и повзрослевшая. Она понимала, что одна часть жизни осталась в Дроновке, что детство закончилось, так и не начавшись, и впереди её ждёт неизвестность.
