Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
Потом Сара решила уединиться в маленькой гостиной, чтобы почитать, о чем между делом небрежно упомянула, и Харриет уже сидела за письменным столом, разложив перед собой черновики очередного произведения.
– Сара! Как я рада тебя видеть.
– А уж я-то как, – спокойно ответила та, зная, что сестра прекрасно владеет искусством интриг и уловок.
– Собираешься читать? – осведомилась Харриет, взглядом указав на принесенную Сарой книгу. – Ты вроде бы так сказала за завтраком.
Сара с тоской посмотрела на дверь, обдумывая другие возможности провести утро.
– Френсис ищет партнеров для игры в «апельсины и единороги», – не унималась Харриет.
Только не это!
Сара уселась на диван, открыла «Мисс Баттеруорт» и стала искать место, на котором остановилась вчера вечером, но вдруг нахмурилась:
– А что это за игра?
– Френсис говорит, что это вариант «апельсинов и лимонов».
– Как можно заменить лимоны единорогами?
Харриет пожала плечами:
– Но для игры не нужны настоящие лимоны.
– Все же это портит рифму.
Сара покачала головой, вспомнив детский стишок:
Апельсины и единороги слышат голоса святых…А потом спросила, в поисках вдохновения взглянув на Харриет:
– Двурогов?
– Что-то мне не слишком нравится. Может, лунорогов?
Сара склонила голову набок и рассудительно произнесла:
– Лучше.
– Ложкорогов? Многорогов?
Нет, с нее хватит. Сара вернулась к книге.
– На этом все, Харриет.
– Звездорогов.
Представить невозможно, что еще может прийти в голову младшей сестре! И все же, перелистывая страницы, Сара напевала:
Апельсины и лимоны слышат голоса…Тем временем Харриет перебирала все новые рифмы, изобретая слова одно другого глупее.
– О, я нашла! Хьюнироги!
Сара замерла: такое она не может игнорировать, – и, спокойно заложив пальцем страницу, подняла глаза:
– Что ты сказала?
– Хьюнироги, – повторила Харриет, словно ничто не могло быть обыденнее, и бросила на сестру лукавый взгляд: – Это в честь лорда Хью, конечно. Он становится весьма частым предметом разговоров.
– Только не для меня! – немедленно выпалила Сара.
Пусть лорд Хью Прентис последнее время занимает все ее мысли, но она не могла припомнить ни единого случая, когда обсуждала бы его с младшей сестрой.
– Я хотела сказать, что он весьма частая тема твоих разговоров, – продолжила Харриет как ни в чем не бывало.
– Разве это не одно и то же?
– Ты часто его упоминаешь, – тут же ретировалась Харриет.
– Просто он приятный собеседник.
