Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
Сара поняла, что оправдывается, хотя ничего хорошего не выйдет, если отрицать очевидное: Харриет все прекрасно знает.
– В самом деле? – усомнилась Харриет, хитро прищурившись. – Это приводит к мысли, что он и есть источник твоего приподнятого настроения.
Сара фыркнула.
– Я ведь могу и обидеться. С каких это пор ты считаешь меня вечно хмурой угрюмой особой, у которой никогда не бывает хорошего настроения?
– Только не по утрам.
– Ты несправедлива! – воскликнула Сара, решив, что, если отрицать и это, будет только хуже, особенно когда имеешь дело с Харриет.
– По-моему, ты влюблена в лорда Хью, – констатировала Харриет.
И поскольку в романе «Мисс Баттеруорт и безумный барон» бароны всегда появляются в тот момент, когда кто-то упоминает их имя, Сара подняла глаза – никого – и пробормотала:
– Очень освежающая тема.
– Ты что-то сказала? – повернулась к ней Харриет.
– Я просто удивилась, что лорд Хью не появился в дверях в то мгновение, когда ты произнесла его имя.
– Не настолько ты везучая, – ехидно хмыкнула Харриет."
"Сара закатила глаза.
– И чтобы окончательно прояснить ситуацию, я сказала, что ты влюблена в лорда Хью.
Сара снова взглянула на двери: невозможно, чтобы ей так повезло дважды.
Никакого Хью.
Что же, это ново и необычно!
Она постучала пальцами по книге, прежде чем выдохнуть:
– О, как бы я хотела встретить джентльмена, который не обратил бы внимания на моих надоедливых сестер и – почему нет? – на шестой палец на ноге.
Она в третий раз повернулась к дверям… на пороге стоял Хью.
Сара широко улыбнулась, но, учитывая обстоятельства, ей следует прекратить упоминание о шестом пальце: с ее удачливостью она вполне может родить младенца с лишним пальцем на ножке.
– Я помешал? – спросил Хью.
– Конечно, нет! – с огромным энтузиазмом воскликнула Харриет. – Сара читает, а я пишу.
– Значит, я действительно помешал.
– Ничуть, – выпалила Харриет, глядя на Сару в поисках помощи, но та не видела причин вмешиваться.
Он удивленно вскинул брови:
– Разве не вы просили сестер не болтать в экипаже?
– О, это совершенно иное дело!
И прежде чем кто-то успеет осведомиться, в чем разница, Харриет предложила:
– Может, посидите с нами?
Хью вежливо кивнул, вошел в комнату и направился к большому креслу. Сегодня он опирался на трость сильнее обычного – это было видно по его походке.
