Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
– Я так не думаю, – отмахнулась Харриет, полностью игнорируя ее сарказм.
Сара протиснулась мимо сестры. Если ее лицо не было красным до сих пор, то сейчас уж точно цвело как роза.
– Явно что-то произошло, – не отставала Харриет.
Сара остановилась и, не оборачиваясь, спросила:
– Ты и к ночному горшку пойдешь за мной?
Последовало весьма удовлетворительное мгновение молчания, а потом долгожданный ответ:
– Э… нет, не думаю.
Сара, расправив плечи, промаршировала в маленькую ванную комнату и не просто закрыла за собой дверь, а заперла, потому что от Харриет можно ожидать чего угодно.
"Едва оказавшись наконец в благословенном одиночестве, Сара прислонилась спиной к двери и громко вздохнула: «О господи милостивый!» Неужели она так разительно изменилась за ночь, что младшая сестра это заметила по ее лицу?!
И если она так выглядит после всего лишь невинных поцелуев украдкой, что будет, когда… Или если? Сердце Саре подсказывало, что все-таки «когда».
К тому времени как Сара спустилась к завтраку (Харриет ни на шаг от нее не отставала и всю дорогу пыталась выяснить причину каждой улыбки), стало ясно, что погода переменилась. Солнце, всю последнюю неделю улыбавшееся с неба, ретировалось за облака зловещего оловянного цвета, и ветер свистел в ветвях деревьев, предвещая бурю.
Поездку джентльменов на юг, к реке Кеннет, отменили, и Уиппл-Хилл бурлил нерастраченной энергией скучающих аристократов. Сара привыкла, что в доме из гостей, кроме нее и Хью, почти никого не остается, и, к своему удивлению, ощутила неприязнь к тому, что считала вторжением.
Дело усложняло еще и то, что Харриет, очевидно, решила что ее сегодняшняя миссия – тенью следовать за сестрой, сомневаясь в каждом ее движении, в каждом жесте.
Хью, как всегда, пришел к завтраку. Сара поняла, что поговорить им не удастся, потому что Харриет постоянно встревала в беседу.
