Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
– Если хочешь, выходи за него, – сказал Дэниел, – не буду мешать: мне Хью нравится и всегда нравился, несмотря на эту проклятую дуэль, – но сначала ты должна узнать правду.
– Какую правду? – взорвалась Сара. Ее уже тошнило от их недомолвок: ходят вокруг да около, а она понятия не имеет, в чем проблема.
Дэниел долго смотрел на нее, прежде чем коротко сказать Хью:
– Расскажите, как вам удалось убедить отца.
Она взглянула на Хью, но тот смотрел в какую-то точку поверх ее плеча, словно ее здесь и не было.
– Расскажите ей!
– Больше всего на свете мой отец любит свой титул, – глухо пробормотал Хью.
– И что это значит? – жестко спросила Сара.
Он повернулся к ней, будто только сейчас вспомнил о ее существовании, и тихо спросил:
– Неужели не понимаете? Когда речь идет о моем отце, я могу ставить на кон единственную вещь – себя.
Саре окончательно стало не по себе.
– Я составил контракт, в котором изложил все обстоятельства дела, и поставил отца в известность о своих планах, если вашему кузену хоть чем-то навредят.
Сара ахнула от дурного предчувствия, но все же выдавила:
– И что… что тогда будет?
Хью пожал плечами:
– Я покончу с собой.
Глава 17
Хью боролся с желанием схватиться за виски. Голова раскалывалась, и он был уверен, что единственное средство от боли – это задушить Дэниела Смайт-Смита.
Единственный раз все в жизни Хью складывалось чертовски идеально, пока Дэниелу не вздумалось сунуть нос в дела, его не касавшиеся, туда, куда не звали.
Не так представлял себе Хью этот разговор."
"«А может, вообще не собирался ничего говорить», – пропищал тоненький голосок где-то в глубине души. Собственно говоря, он почти не думал об этом: будучи так увлечен леди Сарой, так околдован счастьем первой любви, Хью и не вспоминал о соглашении с отцом.
Но должна же она понимать, что у него просто не было выхода!
– Это шутка? – процедила Сара. – Потому что если да, то вовсе не смешная.
– Он не лжет, – вмешался кузен.
– Нет, – ахнула Сара, качая головой. – Это не может быть правдой! Нелепость! Безумие! Это…
– Единственное, что могло убедить отца оставить Дэниела в покое, – резко перебил Хью.
– Но вы это не всерьез? – выкрикнула она в отчаянии. – Вы же солгали ему, правда? Это просто угроза. Пустая угроза!
Хью не ответил, потому что сам не знал, действительно ли решился бы на самоубийство.
