Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
У него была проблема. Насущная. И он в конце концов увидел способ ее решить. Честно говоря, он был доволен собой, считая свой план блестящим.
Отец будет вынужден соблюдать условия Хью, пока тот не обзаведется наследником. А как только это произойдет, сын перестанет иметь для него хоть какое-то значение. Если во власти маркиза окажется здоровый внук, а еще лучше два, он вряд ли будет возражать, если Хью покончит с собой. Нет, он, конечно, приложит к глазам платок, чтобы не шокировать окружающих, но потом навеки забудет о сыне.
О, как Хью торжествовал, когда принес отцу этот документ. Пусть он спятивший сукин сын, но видеть совершенно сбитого с толку, потерявшего дар речи монстра… Это было великолепно!
Конечно, в том, что тебя считают совершенно неуправляемым, были свои преимущества. Отец рвал и метал так, что сбил чайный поднос, и все это время Хью просто наблюдал за ним с отрешенной веселостью, которая неизменно выводила маркиза из себя. На сына маркиз Рамсгейт взглянул лишь после того, как объявил, что тот никогда не исполнит столь абсурдную угрозу.
Документ маркиз подписал, и больше Хью об этом почти не думал. Нет, иногда отпускал по этому поводу какую-нибудь неприличную шутку (у него всегда было отлично развито чувство юмора), но, насколько ему было известно, они с отцом зашли в тупик, поскольку ничего не могли предпринять.
Иными словами, беспокоиться было не о чем, и Хью не понимал, почему остальные этого не видят.
Конечно, кроме него, о соглашении знал Дэниел, а теперь и Сара, но они же разумные люди и не станут принимать нелогичных решений.
– Почему вы молчите? – панически выдохнула Сара. – Хью, скажите, что вы этого не сделаете!
Он лишь молча смотрел на нее: думал, вспоминал, словно какая-то его частица покинула комнату и нашла тихий уголок, где можно было поразмышлять о печальном состоянии этого мира.
Он потеряет Сару, она не поймет – Хью видел это по ее испуганному взгляду и дрожащим рукам. Почему она не хочет признать очевидное: он готов пожертвовать собой ради ее любимого кузена? Разве это не должно браться в расчет?
Он привез Дэниела в Англию, обеспечил его безопасность. И за это его следует казнить?
– Скажите хоть что-нибудь, Хью, – взмолилась Сара, переводя взгляд с одного на другого. – Не понимаю, почему вы молчите.
