В дымчатом мраке особняка, где собрались бывшие друзья-коллеги по несчастью, воздух наполнили непонятные шепоты и тихие хохоты. Каждый словно привязан к своему прошлому, но сейчас они вместе отрекаются от его страшилок. Здесь царит неземная атмосфера изнурительной тревоги и неумолимого желания выжить в мире безликих лиц и бесчестных игр....
Только испуганная старуха, жена Валиюллы Зайналовича, ходила следом за спецназовцами и беспрестанно говорила что-то на родном языке, словно ни слова не знала по-русски. Под конец Тицианов потребовал показать ему погреб. Ему открыли люк на кухне в полу. Тактический фонарь осветил небольшое пространство. Там и спрятаться было негде.
Столько же времени занял осмотр всех дворовых построек. Там тоже никого не обнаружили. И только после этого Тицианов, повернувшись к старику Икрамову, козырнул и коротко сказал:
— Извините…
Он первым двинулся из двора.
* * *Тицианов выглядел расстроенным и хмурился.
Вышли на дорогу, и тут же рядом остановилась полицейская машина. С переднего пассажирского сиденья выскочил низкорослый майор в бронежилете, который едва держался на нем, и сам майор едва стоял в тяжелом бронежилете. Звание можно было определить только по погону, который этим самым бронежилетом был смят и сдвинут на плечо.
— Вы — Тицианов? — спросил майор.
Старший лейтенант козырнул:
— Так точно.
— Да. В доме мы уже были. Там сейчас следственная бригада работает. А вы сейчас чем заняты? Если это не военная тайна? Я видел, вы сейчас из двора Икрамова вышли. Покойный давал нам на него показания. Мы присматриваемся к нему. А вы…
— А мы искали в его доме Рифатова. Пусто… Где теперь искать? Разве что…
— Так точно, товарищ старший лейтенант, — сказал вдруг рядовой Варламов. — Я знаю, что он там. Чувствую.
— Мне не чувства важны, а аргументы, — строго сказал командир взвода.
— Вы о чем? — спросил майор, пытаясь понять, о чем идет разговор. Но на него внимания не обращали.
— Из аргументов — только внешний вид торгаша. Били аккуратно, чтобы вид был соответствующий. Когда избивают, так не бьют. Даже ссадин на лице нет. Только два синяка. Посчитали, что это самое безопасное для здоровья. Обычно бандиты убивают тех, кто оказывает сопротивление. Этот двумя синяками отделался. Смешно. А Рифатов не от боя убежал. Он сбежал, чтобы похмелиться коньяком.
— О чем вы? — снова спросил майор.
— Что вы, товарищ майор, знаете о хозяине местного магазина?
— Странный человек странно стал богатым. Имел до этого только захудалый двор с развалившимся домом. Потом занял денег, построил магазин, начал торговать. И свой двор подправил, и домину себе отгрохал.
— У кого он занимал? Кредит брал?
— Нет. У людей, я слышал, занимал.
