Солдаты автоматы не убрали, но тоже не сильно напрягались.
Старший лейтенант распахнул дверь туалета. Рифатов стоял на четвереньках, почти засунув голову в унитаз. Эмира сильно рвало.
— Все-таки коньяк в этом магазине делается в каком-то подвале Махачкалы, — сказал рядовой Варламов…
— Паленка… — согласился Скворечня.
— И Дамадаев от паленки загнулся…
* * *Только через день, после телефонного разговора с Махачкалой, комбат подполковник Рябухин сообщил старшему лейтенанту, а тот — Скворечне с Варламовым вести из республики. Отряд к тому времени уже вернулся в свой военный городок.
Стало известно, что хозяин магазина написал «явку с повинной» и сознался, что продал Абубакару Магометовичу Дамадаеву бутылку водки, отравленной рицином, потому что Дамадаев, как показалось хозяину, видел, как к нему пришел Рифатов, который неофициально и являлся хозяином магазина, как и хозяином дома, в котором временно проживал подставной человек.
Синяки ему поставили во избежание подозрений после визита банды в село и частично в виде наказания. Рифатов заказывал продукты, но подставной хозяин магазина не успел их доставить. За это стоило наказать и посерьезнее, но эмир проявил мягкость.
У следствия были и еще какие-то данные, однако передавать их Тицианову Рябухин не стал. Зачем забивать голову человеку ненужными подробностями, тем более командир взвода спешил к солдатам, чтобы проводить занятия по боевой подготовке…"
