Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Соловьев вызвал по рации Каменева, объяснил обстановку. Заместитель командира «Миража», выслушав подполковника, ответил:
– Я все понял! Через 7–10 минут наш человек выйдет на тропу.
– Давай, Игорь, не затягивай с этим и обеспечь максимальную бронезащиту подставного носильщика.
– Само собой!
Отключившись, майор Каменев поочередно осмотрел своих временных подчиненных.
– Что там Соловьев придумал? – нетерпеливо спросил Дементьев.
– Выставить на тропу подставу.
– Вызвать на нее огонь духов, чтобы определить их позиции в лесу?
– Угадал.
– И кого Каменев назначил в подставу?
– Никого. Сказал отправить добровольца. А значит, пойду я!
– Ага?! – воскликнул Дементьев. – Ты командир подгруппы, твое дело командовать, да и ранение получил, а на тропе надо будет маятник качать. Причем чуть ли не в позе рака.
Вперед вышел Дрозденко:
– Короче, господа офицеры. Не хрена антимонию разводить. На перевал пойду я. И не только потому, что хочу со смертью в прятки поиграть, а больше потому, что надоело мне возле этих пещер отираться.
Каменев объяснил Дрозденко, что необходимо сделать. Услышав о дополнительной бронезащите, капитан усмехнулся:"
"– И где ее взять? С кого-то с вас снять? Но два бронекостюма не натянешь.
– Да вон, на плато, этого добра до черта, – ответил Иванов.
– Хуже, Леша, раскрытым дельтапланом. Так что если на тропе укрыться не смогу, то спланирую обратно к вам, если на лету, как утку, духи не срежут.
– Мы не дадим!
– Тогда давайте, мужики, быстренько сообразим маскировочный щит.
Работа над маскировкой заняла чуть более десяти минут.
Каменева вызвал Соловьев:
– В чем дело, майор, почему до сих пор нет никого на перевале?
– Маскировку только приготовили.
