Рождённые для полетов, мы стремимся к небесам с пламенным мотором в сердце и рукоятками стальных крыльев. Воздушный парад на Тушинском аэродроме в июле 1939 года — это событие, ожидаемое и торжественное, наполненное спокойствием границ и стремлением к вершинам.
Поэтому сегодня Артема особенно сильно мучила жажда. И всех остальных тоже. Проводница только успевала бегать за чаем.
До Гродно оставалось совсем немного. Пора было собираться. Но поезд неожиданно остановился. Да так резко, что с багажных полок посыпались вещи. Артема придавило к задней стенке купе, на колени опрокинулся чай, горячая жидкость залила сапог.
– Они что там, дрова возят! – возмутился Миша.
Ответом ему послужил сильный взрыв. Как будто рядом с вагоном разорвалась бомба. Снова взрыв. Более мощный. Вагон сильно тряхнуло, в оконном проеме лопнуло и частично вылетело стекло.
– Да нас обстреливают! – закричал Миша.
Артем был уже на ногах. Не дожидаясь, когда это сделает майор, он схватил его жену за руку и силой вырвал ее из купе, потащил за собой по коридору. Муж уже сообразил, что происходит. Он бежал за ней, подталкивая ее в спину.
Люди в панике выпрыгивали из вагонов. Военные, гражданские. А вдоль железнодорожного полотна рвались снаряды. Никто не знал, что происходит.
Артем первым увидел танки. Они стояли на дороге у самого железнодорожного переезда и методично расстреливали остановившийся поезд. Передние вагоны уже горели. Прямое попадание снарядов не оставило пассажирам никаких шансов на спасение."
"Нужно было отбежать как можно дальше от железнодорожного полотна и залечь в высокой траве. Но понимали это военные. Гражданские же метались в панике, не зная, куда бежать.
Артем бежал прочь от вагона. По пути схватил за руку насмерть перепуганную девчонку лет тринадцати. Стеллу же тащил на буксире ее муж.
Артем бежал, пока нога не провалилась в какую-то яму. Это была старая канава, густо поросшая травой. Естественное укрытие. Было бы глупо им не воспользоваться. Он упал, накрывая собой девчонку. И в это время рядом взорвался снаряд.
Неожиданно все стихло. Ни взрывов, ни посвиста пуль. И только крики да стоны раненых. И плавно затихающий шум танковых моторов.
– Дяденька, что это было? – спросила девчонка.
Ее всю трясло, зубы выбивали барабанную дробь.
– Не знаю, – честно признался Артем.
