В Вальсе под дождём описаны судьбы разрозненных людей: отдающиеся вспышкам войны, доносящиеся похороны и эшелоны. Здесь простор и холод — где-то высоко накатанные рельсы гудят безвыходной жизнью. Сюжеты переплетаются, как капли воды на ветру: отставные солдаты ходят под дождём, погоревшие люди кочуют по стране, и даже тот, кто считался обычным мирным жителем, обнаруживает в себе потаённое задорное сердце....
— Да ты хоть представляешь, сколько я работы с утра провернул, пока ты на завтрак какао пил? Кто, по-твоему, лопаты организовал? Кто с утра в райком комсомола за нарядом на работы бегал? Кому отчитываться о проделанной работе? Знаешь, Иваницкий, из таких, как ты, получаются враги! — Игорь не ответил, отвернулся и стал разглядывать белое полотнище над входом в школу с надписью «Призывной пункт». Его молчание подхлестнуло гнев Лугового. Он коротко выдохнул: — Хорошо, что ты не комсомолец, Иваницкий.
Сергей говорил громко, чётко, как на митинге, словно приколачивая каждое слово к несчастному Иваницкому.
Одноклассники молчали, и я тоже промолчала вместе со всеми, хотя душу раздирали противоречивые чувства брезгливой жалости к Иваницкому и восхищения Серёжей Луговым, который всегда прав.
Не оборачиваясь на нас, Игорь Иваницкий содрал с рук перчатки и с хрустом вонзил лопату в слежавшийся грунт на дне щели.
— «Броня крепка, и танки наши быстры», — высоким голосом вдруг завела главная певунья нашего класса Наташа Комарова.
Превозмогая боль в ободранных руках, я откинула в сторону несколько пластов земли и едва не попала на ботинок Серёжи Лугового. Он встал рядом, и моё сердце ускорило ритм.
— Зря ты напал на Иваницкого. — Я откинула со лба прядь волос. — Какая разница, в перчатках он копает или без них?
— Как ты не понимаешь? — Серёжа заглянул мне в глаза.
Его красивый голос чуть вибрировал на низких нотах и обволакивал меня волной тёплого бархата. Я провела ладонью по рукоятке лопаты, перепачканной кровью содранных ладоней.
— Больно? — заботливо спросил Луговой.
Я закусила губу:
— Ничего, потерплю, не маленькая.
— Вот и молодец, — обрадовался Сергей. — Кстати, ты не слышала, что там твои родители говорят про эвакуацию? Будет она или нет?
— Эвакуация? Нет, ничего не слышала.
— Ну и ладненько! — Сергей легко прикоснулся к моему плечу и улыбнулся со словами: — Давай, Ульяна, поднажми, сегодня надо полностью закончить траншею.
