В Вальсе под дождём описаны судьбы разрозненных людей: отдающиеся вспышкам войны, доносящиеся похороны и эшелоны. Здесь простор и холод — где-то высоко накатанные рельсы гудят безвыходной жизнью. Сюжеты переплетаются, как капли воды на ветру: отставные солдаты ходят под дождём, погоревшие люди кочуют по стране, и даже тот, кто считался обычным мирным жителем, обнаруживает в себе потаённое задорное сердце....
* * *На Орловско-Курском направлении бойцы Н-ского соединения отбивали ожесточённые атаки противника. На одном участке небольшому отряду немцев удалось на полкилометра вклиниться в передний край нашей обороны. Сосредоточенным огнём артиллерии и контрударом стрелковых частей дальнейшее продвижение противника приостановлено. На других участках немцы бросили на поддержку своей пехоты большое число танков и авиации, но не добились успеха. Ожесточённые атаки гитлеровцев отбиты. Противнику нанесён тяжёлый урон в живой силе и технике.
* * *В районе Белгорода наши передовые части мощным артиллерийско-миномётным и ружейно-пулемётным огнём встретили перешедшего в наступление противника. Ожесточённые бои завязались вдоль переднего края советской обороны. Наши бойцы стойко обороняют свои позиции и наносят немцам большой урон. Бойцы Н-ского соединения в боях, происходивших утром, истребили свыше 3000 немецких солдат и офицеров, сожгли и подбили 123 вражеских танка.
Лётчики одной нашей части, отражая атаки авиации противника, сбили в воздушных боях 62 немецких самолёта.
* * *«С фронтовым приветом дорогая далёкая Ульяна! Верю, что ты не обидишься на слово “дорогая”, потому что я действительно очень дорожу нашими отношениями.
Когда я думаю о тебе, мне кажется, что ты рядом и мы с тобой разговариваем, как два товарища, оказавшихся в одном блиндаже. Но честно признаться, я рад, что ты вдали от боевых действий и Москву больше не бомбят.
Ты писала, что каждый клочок земли в Москве занят овощными грядками, — забавно! Наверное, похоже на моё родное Тропарёво, где у каждой семьи был свой палисадник и огород. Мы с родителями тоже сажали капусту, а бабушка (только не смейся), когда сажала капусту, повязывала себе на голову полотенце, чтобы капуста уродилась белой и крупной.
Я часто вспоминаю наш дом с высоким чердаком, на котором я любил прятаться от сестёр и читать книжку или слушать, как дождь стучит по крыше, и строить планы на будущее.
