В черной одиночестве Ви О’Нил схватывает черные шелковые носки для предстоящего шикарного ужина. Однако его страстное желание и хрупкость эмоций неожиданно рушат все планы в страсти, заставляя чувствовать себя на грани бесконечной слезы любви и огненного азарта.
Обычно во время болезни именно в это время ее температура начинала подниматься.
Потянувшись наверх, она открыла окно над кроватью. Холодный воздух пронизывал до костей, охлаждая, успокаивая. Вскоре тело заблестело от пота, и лихорадка отступила.
А может быть, она просто свалилась с простудой. Ведь даже люди с ее медицинской историей могут болеть обычными болезнями. На самом деле.
Чтобы это ни было, новый вирус или рецидив, о спокойном сне речь уже не шла. Она натянула свитер поверх майки и трусов и спустилась вниз.
Пункт назначения: кофеварка. Конечно, было куда лучше отвечать на электронные письма в офисе и готовиться ко Дню Колумба, чем валяться в постели и считать дни до приема у врача.
Который состоится через пять с половиной часов, кстати.
Боже, как она ненавидела ожидание.
Она наполнила кофеварку водой и пошла за банкой кофе. Она оказалась почти пустой, так что ей пришлось воспользоваться запасной.
Она была не одна."
"Мэри подалась вперед, чтобы посмотреть в окно над раковиной. Снаружи не было света, и она ничего не могла разглядеть. Мэри подошла к выключателю около двери и со щелчком нажала на него.
— Боже милостивый!
По другую сторону стекла была огромная черная тень.
Мэри уже начала пробираться к телефону, когда заметила блеск светлых волос.
Приветствуя ее, он поднял руку.
— Привет. — Его голос звучал чуть приглушенно через стекло.
Мэри обхватила живот руками.
— Что ты здесь делаешь?
Он пожал широкими плечами.
— Хотел тебя увидеть.
— Почему? И почему сейчас?
Он еще раз пожал плечами.
— Показалось, что это хорошая идея.
— Ты ненормальный?
— Да.
Она почти улыбнулась. А потом напомнила себе, что у нее нет соседей, а он был размером с ее дом.
— Как ты нашел меня?
Возможно, Бэлла сказала ему, где она живет.
— Можно мне войти? Или ты выйди, если так ты себя будешь чувствовать комфортнее?
— Хел, сейчас 4:30 утра.
— Я знаю. Но ты не спишь, и я не сплю.
Боже, он был таким огромным во всей этой черной коже. Лицо оставалось в тени, делая его скорее угрожающим, нежели красивым.
Она что, действительно, рассматривает возможность впустить его? Очевидно, она тоже ненормальная.
— Послушай, Хел, я не думаю, что это хорошая идея.
Хел уставилась на нее сквозь стекло.
— Может быть, мы тогда просто вот так поговорим?
Ошарашенная, Мэри взглянула на него.
