Дождь падал как слезы на гроб Фабрицио Моранте, а Джина stood под зонтом, опустив голову и держа десять белых калл — цвета его любимой рубашки. Черная вуаль скрывала ее лицо от свидетелей, но горькие слезы все равно падали на розовые лепестки. Это было не просто прощание - оно описывало невыносимую боль и нереализованное счастье в Вечной ночи любви....
А потом как-то вышло так, что рассвет этой странной праздничной ночи Джина встретила в постели Торстона, в его профессорских двухуровневых покоях, лежа на великолепной мускулистой груди. Впрочем, она хорошо помнит, как так вышло: он привез ее в академию в четвертом часу ночи и, проводив до корпуса, поцеловал на прощанье. И после этого прощанья распрощаться они уже не смогли…
Торговый зал супермаркета встретил их безлюдьем, практически операционной чистотой и ярким холодным светом, заливавшим овощные и фруктовые лотки с ослепительно-оранжевыми апельсинами и кроваво-красными гранатами, огромные аквариумы с обреченно плавающими там осетрами, холодильники со всевозможными колбасами, карбонатами и буженинами, деревянные полки с хрустящими багетами, булками и ржаными хлебами, источающими запах свежей выпечки.
Тонко цокая каблучками по ослепительно-белому кафельному полу, Надин Делиль уверенно прошла мимо всего этого многообразия к отделу, напоминающему своим дизайном винный погреб. Джин со все более возрастающим интересом следовала за кузиной.
— Да ты только посмотри, Джинни, и это они называют винами? — ангельский голосок Надин Делиль зазвенел на высоких нотах, заставляя немногочисленных покупателей и девушку-работницу торгового зала, протирающую бутылки от пыли, обернуться.
— Вообще-то выбор алкоголя тут довольно-таки неплох, — Джина пожала плечами, приглядываясь к Надин.
Это становилось занятным — такое поведение обычно было свойственно именно Джине, но не тихонькой правильной Надин.
— Неплох? — процедила кузина, небрежно крутя в руках бутылку шампанского, которую она взяла из ниши с самым элитным и дорогим алкоголем. — Что? Аньес Клермон? Да как они вообще смеют продавать порядочным уважающим себя гражданам эти помои?
Напиток завораживал своим необычным цветом — насыщенным, тыквенным. Надин тряхнула бутылку, и шампанское засияло россыпью золотистых искр."
"— Вино демонстрирует свежий, гармоничный вкус с приятной сладостью, оттенками апельсина, грейпфрута, ананаса и белых цветов, — кривляясь, прочла Делиль.
А затем произошло нечто, совершенно на кузину непохожее.
