Варяга предал его собственный круг, отправив в самую страшную тюрьму страны. Теперь ему предстоит выжить в условиях жесточайшего режима, где правят беспредельщики и собственные законы. На воле его отомстят, но за колючкой ему нужно найти способ восстановить честь и расквитаться с...
Раздел Chitat.online для книги «Воровская правда» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Варяга предал его собственный круг, отправив в самую страшную тюрьму страны. Теперь ему предстоит выжить в условиях жесточайшего режима, где правят беспредельщики и собственные законы. На воле его отомстят, но за колючкой ему нужно найти способ восстановить честь и расквитаться с...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Евгеньевич Сухов Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Варяга предал его собственный круг, отправив в самую страшную тюрьму страны. Теперь ему предстоит выжить в условиях жесточайшего режима, где правят беспредельщики и собственные законы. На воле его отомстят, но за колючкой ему нужно найти способ восстановить честь и расквитаться с...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Воры в страхе бросились в разные стороны, а затем, позабыв про почившего «вождя», стали уныло расходиться по баракам, как если бы ничего не произошло.
— Живой? — нагнулся полковник над Муллой. — Вижу, что дышишь. Считай, что с того света тебя вытащил. В общем, теперь ты мой должник, Заки!
Зайдулла с отвращением скинул с себя труп длинноголового бойца и зло выругался:
— Паскуда, надо же было ему куда свалиться, весь бушлат своими мозгами заляпал! — Мулла брезгливо поморщился и вытер руки о штаны: — А ты, Тимоша, думаешь, что я тебя благодарить буду?.. Не дождешься! После всего этого я тебя возненавидел еще больше. Ты нарушил не только наши понятия, но и свои собственные!
— Дурень ты, не будь меня, так тебя черти на сковороде уже жарили бы, как свиную отбивную.
Носком сапога Беспалый тронул расколотую голову вора.
— Бедняга, как его изуродовало… Теперь его даже родная мама не узнает. А насчет понятий ты зря! Я их не нарушил, а ужесточил! Вас, зэков, в узде держать нужно, с вами по-другому нельзя. А потом, если помнишь, я всегда был за полное равноправие: когда одна какая-то кодла стоит над прочими, моему нутру это просто претит. Если бы Гришуня Маленький остался в живых, он прирезал бы не только тебя, но и всех остальных воров, которые решили бы встать ему поперек дороги. А после этого он установил бы свой жестокий порядок. Мне такие расклады ни к чему. Мне интереснее наблюдать за тем, как вы, паханы, станете пожирать друг друга. Ну как, пойдешь ко мне отлеживаться? Если желаешь, так мы можем посмотреть на это ристалище из окон моей каморки. Лады?
— Не надо мне фуфло толкать, я тебе уже все сказал!
— Жаль… В другой раз у меня может не оказаться «пушки». Ну что ж, вижу, что ты сам себе голова, живи как знаешь! — Беспалый привычным движением закинул автомат на плечо. — Надеюсь, это не последний наш разговор. Жаль, что ты таким несговорчивым оказался, Мулла. Вроде давно уже не мальчик, а упрям, как молодой осел…
Всему лагерю было известно, что в сухой, уютной, хорошо протопленной избе Тишу терпеливо дожидается молодая девка из вольняшек. Он как бы в раздумье остановился, окинул Муллу тяжелым взглядом, потом вдруг как-то враз погрустнел и, сопровождаемый тремя солдатами, неторопливо направился к себе.
— Ладно, хрен с тобой! — бросил он на прощание. — Все ж таки вместе у одной лоханки когда-то топтались. Живи! Посмотрим еще, кто кого!
И, обернувшись к охранникам, Беспалый жестко приказал:
— Затрюмовать этого упрямца! Пускай недельку посидит, подумает. И смотрите за ним получше, а то он шустер, еще ненароком сбежит! Я с вас тогда три шкуры спущу!.. А чтобы моему другу скучно не было, я ему развлечение придумал. — И полковник громко расхохотался.
