Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
— Что?
— Ради спокойствия в твоей семье, господин искателей, бывших орденцев, калек, беспризорников и отребья с улиц Пяти Ветров.
— Я очень не люблю всех этих многословных намёков, Пересмешник. Говори прямо, — приказал я.
И снова он не особо меня послушал.
— Мне проще показать, господин отребья, что отбилось от рук. Но, чтобы увидеть всё своими глазами, господин, вам лучше использовать амулет невидимости.
Поджав губы, я так и поступил.
За миг до того, как я накинул амулет на шею, Пересмешник шагнул ближе и ухватил меня за локоть левой руки.
Опустились на землю мы на окраине города. За две улицы до самого края, в большом, довольно хорошо сохранившемся поместье. Вернее, мы опустились на каменную ограду, которая тоже была почти цела, если не считать нескольких дыр."
"Место я узнал. Восемь дней назад я был здесь, вместе с Феором проверял, как обустроены все те, кого Пересмешник назвал отребьем. На мой призыв о присоединении к семье откликнулось немало людей.
Можно честно сказать, что за эти месяцы пристроились лучшие и все, кто был хоть на что-то способен. Остальные же назначались на самые грубые и простые работы: уборка улиц, разбор завалов, очищенных от ловушек и трофеев, сортировка обломков, выкорчёвывание окаменевших от времени деревьев и кустов и прочее, с чем они могли справиться.
И сейчас все должны быть на работах, а я здесь вижу целую толпу. Время приёма пищи окончилось ещё тогда, когда была середина второго урока у Ледия, а люди здесь до сих пор не спешат расходиться. И… тянет вином.
Я стиснул зубы, ощущая, как вспухают желваки на скулах.
Какого дарса?
Нет, откуда здесь вино я понимаю: вокруг Пятый пояс, кисеты Путников настолько распространены и дёшевы, что даже Воин, никто по здешним меркам, может позволить прикупить себе простой кисет на пару полок.
Ворота, щелястые, сбитые из каких-то кривых досок и балок, со скрипом распахнулись, и во двор шагнул высокий мужчина. Рыкнул:
— Почему до сих пор не на работах⁈
Не одного меня это интересует, оказывается. Я не помнил этого идущего в лицо. Восемь дней назад я его здесь не видел, но это ничего не значило.
