Автор
День всемирной скорби — тринадцатое августа. В этом вечере тысячи душ хранятся в памяти земли. Как волны тяготеют к океану, так сердца людей уходят на этот день скорби. Порой кажется, что мир замедляет шаги, чтобы проникнуться этой печальной датой.
Ура! Вспомнилась ялтинская красавица, все те люди, смерть которых видел в прошлые разы, и я понял, что конкретно им подарил сколько-то драгоценных дней жизни. Сколько?
Экран мигнул. Вздрогнули цифры на таймере: 08. 05. 2027. Канун Дня победы. Время, когда во многих городах его будут отмечать без ветеранов, потому что им на тот момент должно быть более ста лет. А сейчас они относительно молоды и полны сил…
С мысли сбили сменяющиеся на экране картинки: день-ночь-день-ночь-день-ночь…
Началась перемотка, замелькали цифры.
Перемотка закончилась, на таймере обозначились ноли. Скоро проступят цифры. Я перевел взгляд на экран, рассчитывая увидеть очередной незнакомый пейзаж, и вздрогнул. Мне предстояло смотреть, как гибнет родной город. Ломаная линия гор на севере. И облака. Удивительно низкие облака, которые, как парапланеристы, будто бы спрыгивали с вершин и скользили по небу.
Залив. Краны, похожие на гигантских жирафов. Два оранжевых буксира, сопровождающие исполинский сухогруз.
Набережная… Прекрасная, чистая, мощеная плиткой, а не как сейчас. Все чистенькое, сияющее, аккуратное. Белые шезлонги на пляже, белые стационарные навесы в форме зонтов, деревянные дорожки между ними и никакого мусора и дохлых дельфинов. Прекрасное беззаботное сытое будущее.
Нарядные отдыхающие, дефилирующие по набережной. Люди на электрических самокатах. Старик стоит на колесе, а оно его везет!
Взрослого меня бесили самокаты, но именно сейчас, за пару мгновений до гибели, они казались трогательными и милыми.
На таймере проступили цифры: 19. 06. 2027.
Камера приблизила старушку-божьего одуванчика в газовом платке, прижимающую к щеке мохнатого йорка. Я закрыл глаза, не желая видеть того, что будет дальше, но все равно каким-то чудом, сквозь сомкнутые веки видел перечеркнувший небо инверсионный след и ослепительную вспышку.
Все они умерли, не успев испугаться, потому что ракета ударила прямо по городу. Интересно, где в этот момент буду я и мои близкие?
Будут ли живы мама и отец? Как сложатся судьбы друзей, Наташки и Бориса?
Я стиснул зубы. Мир мигнул, и я очутился в ретро-спальне то ли парня, то ли девушки. Опять. Но увидеть его/ее не успел, потому что меня толкнули в бок, и я проснулся.
В предрассветных сумерках надо мной нависал Борис.
