— Рецепт один: покупай подешевле, продавай подороже. Но дела могут запутаться, если столкнешься с такими тупыми гусаками, как ты. Людьми, которые даже не могут отличить покупателя от продавца.
В светло-голубых глазах что-то блеснуло.
— О, — сказал он весело, — ты, значит, хочешь что-то у меня купить?
Я присел на одну из березовых скамеечек.
— У тебя нет ничего для продажи, — заметил я. — Единственное, что у тебя есть, это деньги, такие деньги, какие обеспечивают тебе только презрение.
Его улыбка стала еще шире.
— Я хочу знать, кто убил Юлиуса Боммера, — сказал я. — Хочу знать, почему его убили. Хочу знать, почему твоя машина смылась оттуда после убийства. И хочу знать, какое ко всему этому имеешь отношение ты.
Густав Далль взирал на меня без всякого выражения. Потом поднял четыре пальца.
— Первое: я не знаю, кто убил Юлиуса Боммера. Я не знал, что его убили. Я даже не знаю, кто он такой.
Он пригнул мизинец. Три пальца все еще торчали.
— Следовательно: я не знаю и почему его убили.
Остались два пальца.
— Я не понимаю, какое отношение к делу имеет моя машина. Ты говоришь о каком-то «порше». У меня нет никакого «порше».
Последний палец.
— Какое я могу иметь отношение к убийству, о котором даже не слышал?
Густав Далль потянулся. Лениво переменил позу, взялся пальцами за складки брюк и заботливо поправил их перед тем, как положить ногу на ногу. От этих небольших движений по комнате волной прокатился приторный запах духов. Он вежливо улыбнулся:
— Итак, у тебя остается только один вопрос, а именно: почему я впустил тебя сюда? Почему вообще принимаю тебя? Ответ: у меня со скандалами связан неприятный опыт.
Я хотел увериться, что ты не собираешься делать бизнес на каком-нибудь скандале."
"Я осторожно потрогал пальцами свое болезненно чувствительное лицо. На опухших местах вылезала щетина.
— Теперь я уверен, — прохрипел Густав Далль. — Теперь я знаю, что ты скандалами торговать не намерен.
— Расскажи про «порше», — сказал я. — Номер «DXS-898», зарегистрирован на «Суперкарс».
Ты на нем ездишь несколько недель. У меня есть снимки этой машины перед домом Юлиуса Боммера. В четверг, когда его убили.
Густав Далль пожал плечами.
— Расскажи о Гугге, — сказал я. — Почему он разъезжает в «БМВ-750» стоимостью в полмиллиона крон и почему эта машина зарегистрирована на «Суперкарс»?
Ответом было молчание.
— Вот видишь, — сказал я, ухмыляясь. — Я не продаю скандалов. Я хочу только спросить кое о каких мелочах.
Густав Далль громко отхаркнулся.
