Он сидит на скамейке, забравшись в собственный уголок тишины и безмятежности. Звуки улиц кажутся гулкими шепотами жизни, за которыми он не желает бежать. Этот особенный март, когда солнце старается пробудить мир после зимней спячки, только усиливает его отчуждение. Он здесь один, словно выждавший в сторонке, предвкушая какой-то неведомый выбор....
Закончив ужинать, Татьяна Николаевна поднялась, так же молча собрала тарелки, не спрашивая, налила ему чаю.
— Надеюсь, чай вы пьете? — спросила она.
— Обязательно. Только без сахара.
Спустя некоторое время, когда стаканы были уже пусты, он спросил:
— Скажите, вы знали Ларису Коновалову?
— Немного, — ответила женщина. — Она была красивая девушка.
— Вы не обращали внимания, у нее были друзья?
— Я видела только одного грузина, он несколько раз ждал ее у выхода. Высокий такой, красивый.
— А с чего вы взяли, что он грузин?
— Она обратилась однажды к нему при мне, назвав его то ли Вано, то ли Рева, не помню точно.
Она вдруг резко встала, собрала стаканы, с шумом бросила их в мойку.
— Вас что-нибудь смущает? — поинтересовался Дронго.
— Вы решили теперь продолжить свои допросы, — разозлилась она. — Для этого вы приехали ко мне домой.
— Сядьте, — почти приказал Дронго, — и выслушайте меня.
Она повиновалась, не пытаясь спорить."
"— Мы разыскиваем этого парня. Его звали Реваз. Родители парня обратились ко мне, чтобы я помог им найти сына.
— Юрков — страшный человек, — предупредила Дронго женщина, — его боятся в банке все, по-моему, даже президент опасается. Но терпит.
— Ваш президент — очень известный в России человек. Раз он терпит Юркова, значит, он ему нужен.
— Возможно, но Юрков имеет очень большую власть в банке, он единственный, кто имеет такую же охрану, как у президента банка.
— Вы меня убедили. Завтра пойду к нему в гости. — Дронго посмотрел на часы. — Уже первый час ночи. Можете идти спать. А мне принесите какую-нибудь книгу.
— Вы не будете спать? — спросила женщина.
— Нет, я не хотел бы вас беспокоить. Мне и здесь совсем неплохо.
— Как вам будет угодно. — Она поняла, что он все-таки не доверяет ей, решив дежурить на кухне.
