Темнота сгущается, словно рука небес скрывает последний луч света. Только здесь и сейчас ветер срывает с порога обрывки одежды - последнее свидетельство жителей. В глубине дома всё тихо как мертвец, лишь разбитые стекла да кусочки краски на полу доказывают присутствие чужой жизни....
— Прекратить огонь! Но никому не зевать, тут любая подлянка может быть! Осмотреться всем, пополнить боезапас!
С нашей стороны поднимается человек, показывает пустые руки и поднимает над собою белый лоскут. Что это там у него? Бинокль прыгает ко мне в руку. А-а-а… бинт распустил…
Навстречу ему откуда-то появляется парламентер — у него белый флаг куда как более основательный, надо думать, в белых простынях у осажденных недостатка нет. Они сходятся на полпути, о чем-то некоторое время разговаривают и расходятся назад.
— Командир! — Меня трогают за плечо. — Армейцы выходят!
И точно, из казармы выходят люди. Складывают около крыльца стволы и отходят в сторону. Все? С этой стороны теперь можно ничего неприятного не ждать?
Топот ног, в здание штаба забегает наш переговорщик.
— Ну и что там интересного поведали?
— Переговоров просят. Их руководство готово с вами встретиться.
— Так прямо и со мной?
— Да, так и сказали — хотим говорить с подполковником Рыжовым. Придут два человека, без оружия.
— Надо же… соизволили, так сказать, пообщаться… Ладно, поговорим…
Оставляю автомат, вытаскиваю и кладу на стол пистолет. Без оружия, так без оружия.
Похрустывает под ногами песочек, которым тут посыпаны дорожки. Со стороны разбитой казармы «личников» тянет гарью, там что-то до сих пор потрескивает. Но, кроме этих звуков, больше ничего нет, живых там не осталось никого.
А вот и парламентеры, вернее — представители руководства. Оба в гражданке, даже в костюмах! Вообще, атас…
Опаньки, знакомые все лица!
Правого частенько по телевизору показывали. Известный политик, почти во всех правительствах подвизался на разных должностях. И на западе личность известная и уважаемая. Авторитет!
А вот второй…
— Ну, здравствуйте Никита Петрович! Вот уж кого здесь встретить не ожидал!
Полковник Михалков ничуть не удивился, словно бы и ожидал чего-то подобного.
Он кивает.
— И вам здравствовать. Ну, Игоря Петровича вам представлять, надеюсь, не нужно?
— Лично не знаком, о чем ни разу не жалею. Но в лицо узнал. У вас ко мне есть какие-то вопросы?
— И немало. Есть и предложения.
