Взаперти — это драматический уход за пределами тихого городка в заснеженных лесах. Здесь ты будешь буквально закрыт в кабине поезда с женским голосом на связи, отправляясь в неизвестность. Атмосфера напряженная и нервозная, словно каждое движение может открыть дверь на новые ужасы прошлого....
Одна партия критиковала другую, депутат что-то кричал в микрофон, пока ему его не отключили, потом рассказали о забастовках, после опять о налогах, дальше сказали, что надо терпеть, так как плохо сейчас почти всем, даже самым богатым. Это не могло не утешить.
Наконец, знакомая отбивка перед криминальной сводкой.
– С вами криминальные новости, – заговорил дикторский голос. – Перестрелкой закончилась погоня за угонщиком инкассаторской машины. Двое мужчин порезали друг друга в пылу семейной ссоры. В спальном районе города найдено мёртвое тело девушки.
Я встал с кровати.
Они показывали мою квартиру.
– Сейчас на месте работают эксперты.
Они показывали Лиан.
– По показаниям свидетелей…
– Каких ещё свидетелей? – закричал я, посмотрел на дверь ванной и сделал потише, припав ухом к экрану.
– Квартира была открыта, – продолжал репортёр. – Как утверждает соседка семейной пары, молодой человек, проживавший с девушкой, выбежал из дома около полудня и, сев в машину, скрылся с места преступления.
Меня пробил леденящий пот.
– Скажите, убийцей мог быть сожитель убитой? – спрашивал корреспондент у кого-то.
В экране появилось смуглое лицо полицейского офицера.
– Да, это основная версия – убийство на почве ревности, – пробубнил тот.
– Какие меры предприняты?
– Мы разослали ориентировки на машину подозреваемого, по свидетельским показаниям, она была без номеров, но марка и цвет нам известны…
Больше я не слышал ничего.
– К следующим новостям, – донеслось с экрана, когда я чуть пришёл в себя. – На бирже прогнозируется…
Я выключил телевизор.
Надо было исчезнуть.
Не сейчас, только утром, сейчас никуда не убежишь. Уедем с восходом солнца с кем-нибудь из водителей фур. Сейчас, в этой темени, их машину никто не найдёт. Может, и хорошо, что сломалась.
Из ванны вышла Хосефа с повязанным на груди полотенцем. Я сидел на кровати и смотрел в тёмный экран.
Руки её тряслись, вся она тоже дрожала.
– Здесь нет горячей воды, – сказала она.
– Как же вы мылись? – спросил я как можно спокойней.
Я пытался держаться спокойно, мне хотелось забыть обо всём, что только что лилось с экрана. У меня был отличный план, нужно только добраться до места, а там будет всё по-другому. Этот город умел прощать всех, даже грешников с их грехами. Как же хотелось в Нью-Дем.
– Это неважно.
