Взаперти — это драматический уход за пределами тихого городка в заснеженных лесах. Здесь ты будешь буквально закрыт в кабине поезда с женским голосом на связи, отправляясь в неизвестность. Атмосфера напряженная и нервозная, словно каждое движение может открыть дверь на новые ужасы прошлого....
– Она улыбнулась какой-то странной улыбкой, так улыбаются на похоронах те, кому хуже всех.
– Я могу спать на полу, – сказал я.
Она открыла шатающийся шкаф, он скрипел неровными дверцами, и достала второе одеяло.
– Это не обязательно. Будем спать под разными, – сказала она и кинула его на кровать.
Я согласился.
– Вы можете мне пообещать? – вдруг спросила она, лёжа ко мне спиной.
– Что?
– Что не бросите меня до Отаго.
– Мы поедем утром на одном из тех траков.
Она только вздохнула. И я ничего не сказал.
Я проснулся уже под утро. Чья-то рука закрывала мне рот. Пистолет давил на висок."
"– Слушай меня, – шептал кто-то, – ты сейчас тихо встанешь и выйдешь за дверь. Ты понял?
Я размежил глаза. Из окон бил утренний свет, наверху, как и снизу, уже шумели соседи, с улицы был слышен рёв заведённых машин. Хосефа спала неподвижно. Дуло проклятого пистолета всё ещё давило мне на висок.
– И не вздумай искать девчонку, – продолжал он.
Для сутенёра парень тоже слишком хорош.
Лицо – интеллигентное, одет прилично. Я попытался убрать его руку.
– Ты что думаешь, он не заряжен? – одёрнулся он. – Или ты хочешь её защитить? Ты же знаешь, что она убийца, не так ли?
Я посмотрел на него, и взгляд мой, наверное, был столь ошалелым, что парень сам ухмыльнулся.
– Да-да, убийцы не всегда похожи на убийц. Может, ты тоже кого-то убил? Иначе почему вы вдвоём?
Он смотрел на меня недолго, а потом приказал одеваться.
Мне ни к чему были эти проблемы. Ей-богу, совсем ни к чему. Меня самого искали.
– Вставай и иди отсюда! – крикнул он шёпотом.
– Кто вы? – смотрел я на него.
– Детектив.
Ага, конечно, – подумал я, но не сказал.
– Давай-давай, собирайся! У тебя три секунды.
Я всё ещё не понимал, что происходит, когда выходил из этого номера, когда спускался на первый этаж, когда увидел телевизор над стойкой рыжего здоровяка…
– Уже уходите? – спросил он, не отрываясь от спортивной газеты.
Я смотрел в монитор.
– Они у…
– У подружки, понял-понял, – кивал он. – Пусть съезжает до десяти.
На весь экран – фото Хосефы.
Я посмотрел на владельца мотеля – тот уткнулся в газету, играя зубочисткой во рту.
