Вечерний дождь омывает древнее кладбище Мирея, где Амелия шагает через подтопленные лужи и выступающие пузыри. Лодыжки ее коротких ботинок пропитались влагой, а платье до колен набухло от осадков. Эта трагическая прогулка кажется началом чего-то большего и сложного.
Побеседовать по душам она бы отправилась в другое место. Здесь — только дела. — Что вам известно о лорде Рэймере Монтегрейне?
Имя ее будущего мужа впервые было произнесено вслух, и вызвало новый приступ озноба.
— Я не слишком интересовалась его судьбой, — ответила Амелия сдержанно. Солгала, о Рэймере Монтегрейне и его жизни в Мирее не слышал разве что глухой.
— И все же, — настаивал Гидеон.
Мэл вздохнула. Что ж, она уже согласилась играть по правилам собеседника. Или так, или ее долги и впрямь перекупит кто-то вроде настырного толстяка, даже не сообразившего представиться, прежде чем свататься и щеголять своим состоянием.
"— Лорд Рэймер Монтегрейн, — начала она перечислять все, что ей было известно о данной персоне. — Тридцать пять лет. Наследник Ренара Монтегрейна. Из живых родственников — младшая сестра, леди Боулер. Вдовец. Ветеран Пятилетней войны. После гибели его высочества принца Конрада принял на себя командование войсками и руководил отступлением. В связи с чем половина мирейцев видит его спасителем своих сыновей, вернувшим их домой, а вторая половина винит в проигрыше всей военной кампании и даже приписывает вину за гибель наследника.
— Что ж, вы знаете вполне достаточно, — благосклонно кивнул Гидеон. — И каково же ваше личное мнение? — Прищурился.
Амелия ответила бы «герой» хотя бы потому, что Эйдан слишком много и часто, чуть ли не с пеной у рта, убеждал всех знакомых в обратном. Но это было лишь отголоском ее отношения к покойному мужу. Рэймер Монтегрейн с тем же успехом мог оказаться кем угодно — она уже давно не решалась судить о людях по общественному мнению и уж тем более с собственного первого взгляда.
— Полагаю, как вы скажете, тем и будет, — ответила спокойно.
