Вечерний дождь омывает древнее кладбище Мирея, где Амелия шагает через подтопленные лужи и выступающие пузыри. Лодыжки ее коротких ботинок пропитались влагой, а платье до колен набухло от осадков. Эта трагическая прогулка кажется началом чего-то большего и сложного.
Чем, кажется, вновь угодила собеседнику.
— Увы, — развел тот руками, — Монтегрейны — слишком значимый в истории королевства род, чтобы даже мое слово играло в его отношении какую-то роль. Поэтому мне и нужны вы. Мы с его величеством давно рассматривали вариант с женитьбой Монтегрейна, но найти подходящую партию — дело непростое. Будем считать, что нам с вами повезло. Да будет земля периной вашему покойному супругу. — Гидеону даже хватило наглости изобразить на своем лице скорбь и склонить голову.
— Что я должна буду выяснить? — спросила, не желая продолжать этот фарс.
— Все обстоятельства смерти принца Конрада. — Пауза. — Для начала.
Амелия нахмурилась. Наследник погиб незадолго до окончания войны с Аренором, а именно: чуть больше пяти лет назад. Неужели служба безопасности до сих пор не нашла ни одного надежного свидетеля? А если так, то как, они полагали, это может удаться ей, навязанной королем жене?
— Как вы себе это представляете? — осведомилась сухо, даже не пытаясь скрыть сарказм в своем голосе.
— Ночная птица перепоет, — бесстрастно отозвался Гидеон, отчего кровь отхлынула от лица Амелии. — Слышали такую поговорку? Лаской, лицемерием — чем угодно. Не считая того вашего визита ко мне более десяти лет назад, никто и никогда не подозревал о вашем несчастье в браке с Эйданом Бриверивзом.
— Последней просьбы? — растерялась Амелия. — Если вы считаете, что Монтегрейн убил принца, то…
Какие последние просьбы могли быть у жертвы к своему убийце?
— Вас не должно волновать, что я считаю, — Гидеон отбил ее возражение ледяной улыбкой. — Последние слова, — повторил с нажимом. — Последняя просьба. Это главное. Если выясните что-то еще, это станет приятным дополнением.
Амелия отвела взгляд.
