Вечерний дождь омывает древнее кладбище Мирея, где Амелия шагает через подтопленные лужи и выступающие пузыри. Лодыжки ее коротких ботинок пропитались влагой, а платье до колен набухло от осадков. Эта трагическая прогулка кажется началом чего-то большего и сложного.
Кристис с Ланой уехали с утра, как и собирались, а Рэймер встречал во дворе гостя. Она видела в окно в холле, как открывали ворота, но не стала мешать.
По ее просьбе Монтегрейн пригласил на обед своего приятеля-целителя. Ей нужно было поговорить с кем-то, кто будет говорить с ней на одном языке. Рэймер обещал показать, как работать с резервом, как не допустить его полного опустошения, как ставить ментальные блоки и как делать такие элементарные вещи, доступные всем владеющим даром, как, например, отправлять письма адресату напрямую.
Они вошли в столовую вместе: Рэймер и высокий темноволосый человек. С первого взгляда он показался совсем юным из-за нескладной фигуры и балахонистой одежды, висящей на нем не лучше, чем на вешалке. Однако, присмотревшись, Амелия поняла, что магу не меньше двадцати пяти — двадцати семи лет.
Когда она встала, чтобы поприветствовать гостя, тот и вовсе, увидев ее, чуть не растянулся на пороге, споткнувшись от неожиданности. Глаза удивленно расширились.
— Леди Брив?..
И в тот же миг закашлялся, так как получил от идущего следом за ним Рэймера пятерней между лопаток.
— Леди Монтегрейн, — исправился, как только продышался, — рад видеть вас. Снова.
Амелия вежливо улыбнулась.
— Здравствуйте, господин Зиден.
Зиден протянул руку, и она вложила в нее свою ладонь, искренне удивившись, что целитель решил ее поцеловать. Но нет, тот лишь сжал ее пальцы, почтительно склонил голову и отпустил.
— Не уверен, что в прошлый раз я успел вам его назвать.
Что правда, то правда: когда он лечил Эйдана в доме ее отца сразу после окончания войны, тот сыпал в адрес своего целителя таким количеством проклятий, что сложно было вставить и слово.
Рэймер кивнул гостю на стул, обычно занимаемым Дрейденом, а сам помог сесть Амелии.
— Не переживай, я в курсе, что он лечил Эйдана, — шепнул ей на ухо, прежде чем отойти. Мэл благодарно улыбнулась.
Дана подала на стол. Вид у девушки был расстроенный, а глаза припухшие — кажется, плакала. Неужели, Джерри таки сказал, что она его ни капельки не интересует?
— Дана, все в порядке? — Рэймер тоже заметил выражение ее лица.
