Вечерний дождь омывает древнее кладбище Мирея, где Амелия шагает через подтопленные лужи и выступающие пузыри. Лодыжки ее коротких ботинок пропитались влагой, а платье до колен набухло от осадков. Эта трагическая прогулка кажется началом чего-то большего и сложного.
— Крист! Крист! Слушай меня, не смей уходить! Слышишь? Мы нужны ему, не смей!
Рана была страшной, наверняка были задеты многие внутренние органы. А дара нет, совсем нет — действие вирны ещё не закончилось. Бесспорно, раненые солдаты в лазарете выживали и после таких ран (не все, но были счастливчики), и лечила их не магия, а Седдик, бесстрашно проводивший операции и сшивавший то, что, казалось бы, уже невозможно было зашить.
Почему она не училась у него? Зачем сосредоточилась на своей крови, вместо того чтобы учиться тому, что уже тогда ей было по силам? Это как маги и их пренебрежительное отношение к оружию.
— Крист, держись, я тебя умоляю!
Прибежала Дафна, принесла целый ворох полотенец.
— Под спину! — скомандовала Амелия с той уверенностью, которой не чувствовала. — Тут прижми!
Девушка отшатнулась, глядя на нее огромными от страха глазами.
— Давайте я, — рядом опустился на колени Оливер. — Как держать?
— Тут. Прижми.
Руки самой Амелии были уже по локоть в крови. И сама она не чувствовала сейчас страха — только злость."
"«Сдохну, но не предам», — сказал тогда Кристис. А Мэл готова была умереть сама, но не дать умереть ему. Потому что он друг, член ее новой, нежданной уже семьи. И она собиралась бороться за него до последнего.
— Давай, давай, — шептала Амелия, распростерев над раной руки. Всего лишь вирна, пара глотков — мелочи, это не должно было подействовать надолго, недаром же принц велел заковать Рэймера как можно скорее. Значит, и ее дар вот-вот высвободится. — Крист, дождись, только дождись…
В пальцах потеплело — слабо, но магия откликнулась. Мало! Слишком мало! Она не успеет.
И Зидена нет в городе…
Перед мысленным взором предстало лицо любимой бабушки: леди Грерогер укоризненно смотрела на свою глупую внучку и качала головой.
Амелия вскочила на ноги.
— Олли, Ронни, помогите отнести его в сад. Скорее!
* * *
Она провела в этом саду весь последний месяц. Все здесь было пропитано ее энергией, особенно угол у дальней ограды — любимое место Анабель, которое Амелия приняла у нее по наследству. Последние недели именно здесь Мэл упражнялась в магии. Большая часть кустарников разрослась именно благодаря ей. Тоненькие побеги превратились в крепкие молодые деревья.
